Можно ли восстановить сгоревший дом, если деревня считается опустевшим населенным пунктом?

В начале ноября власти Забайкальского края заявили о завершении ремонта дома культуры в селе Усть-Ималка, более всего пострадавшем во время апрельских пожаров в Забайкалье. Но для кого обновляли дом культуры –​ большой вопрос: жителей в селе почти не осталось.

В апреле этого года в Забайкальcкий край пришли страшные пожары. От огня пострадали около 20 населенных пунктов, сгорели 111 домов, имущества лишились более 500 жителей региона. Село Усть-Ималка в том пожаре сгорело почти полностью. Местный дом культуры, одно из более-менее уцелевших строений, выглядел тогда так.

Дом культуры после пожара, Усть-Ималка, май 2019 года

По региональной программе “Культурная среда” на ремонт ДК выделили 8 млн рублей. Эти деньги, как выясняется, были заложены в бюджете еще в прошлом году, то есть до весеннего пожара. Теперь вот средства освоили.

Отремонтированный дом культуры в Усть-Ималке

– Сейчас в Усть-Ималке живут всего 11 человек. Эти люди получили сертификаты на жилье в других населенных пунктах, но пока остаются в родном селе. Очевидно, что возрождение Усть-Ималки в нынешнем виде невозможно, – говорит Ольга Бородина, глава администрации Ононского района.

Для кого же тогда отстроен новый дом культуры, не вполне ясно даже самим жителям, пока еще остающимся в поселке.

– Сейчас в селе люди остаются в шести или семи домах, в основном пожилые, – говорит староста села Валентина Бартанова. – Я сама здесь до середины декабря, а потом перееду в райцентр. Для меня это решение как острый нож: я в Усть-Ималке всю жизнь прожила.

Но что делать: трудно тут сейчас, тем более зимой. А у меня уже возраст. Государство нам с жильем хорошо помогло – но все уехали по другим населенным пунктам. Повторения пожаров все боимся. А насчет клуба…

Ну, может, кто-то весной в село вернется, решит отстроиться за свой счет.

Валентина Бартанова

– Людей в селе немного, но рядом находится 13 чабанских стоянок, все праздники и мероприятия проводятся здесь, около 60 человек всегда собирается, летом ко всем приезжают внуки, проводят здесь время. Клуб этот очень важен и нужен нам, помимо этого здесь базируется выездное отделение Почты России, –​ говорят местные чиновники.

“Ветер дунул – связи нет”

Госинспектор Даурского заповедника Батор Рыгзынов сейчас как раз и живет на чабанской стоянке– дом в Усть-Ималке, где жила его семья, сгорел дотла.

19 апреля первый огненный “удар” пришелся именно на заповедник – он находится вблизи монгольской границы. О том, что в Монголии действует степной пожар, в заповеднике знали, отслеживали его со спутника. Именно поэтому госинспектор Рыгзынов утром того дня срочно отправился в составе группы патрулировать степи вдоль границы с Монголией.

– Нас было десять человек. Ездили на трех машинах, две из них с пожарными комплексами. Видимость нулевая, все в дыму. И невозможно было понять, откуда огонь выскочит. Из связи – только рация, – вспоминает Батор.

Люди занимались своими делами, о пожаре их никто не предупредил

Отсутствие устойчивой связи сыграло роковую роль в тот день, говорит он.

– У нас в Усть-Ималке люди про пожар вообще не знали. И с района их никто даже не предупредил! Все своими делами занимались.

У нас ведь как: чуть ветер дунул – свет погас, через двадцать минут пропадает связь, “мегафонная” вышка садится быстро. Да и в райцентре, Нижнем Цасучее, связь постоянно “скачет”.

Так что в тот день люди остались в “информационном вакууме”. А ветер был больше тридцати метров в секунду, – говорит Батор.

Все, что осталось от Усть-Ималки

Село Усть-Ималка выгорело почти полностью: из 63 расположенных здесь домов огонь уничтожил больше тридцати.

В день, когда разыгрался пожар, в Усть-Ималке находились 53 человека. Жителей эвакуировали автобусами в соседнее село, Красную Ималку. Люди остались в чем были, без кола и двора.

Инспекторы заповедника на привале после тушения пожара. Апрель 2019 года

Степной пожар пересек границу с севера, группа инспекторов находилась южнее:

– Нам об этом сообщили. Но огонь мы “взять” не могли из-за сильного ветра. По северной кромке он пошел на Красную Ималку. Прошли за ним километров пятнадцать. И мы бы догнали его, но в одну секунду ветер развернулся. Огонь пошел на мое село. Тут и по рации сообщили: “Угроза Усть-Ималке”.

Батор Рыгзынов

Степные дороги превратились в экстремальную трассу. Дымом заволокло все так, что водитель выхватывал на секунду лишь направление и двигался на ощупь на первой скорости.

– Мы плутали. Боялись попасть куда-то, столкнуться с кем-то. Там еще речка Ималка есть. Много старых русел, страшно было в них слететь.

Доехали до Усть-Ималки только минут через сорок. Проезжая по селу и увидели полыхающий дом инспектора Батора Рыгзынова на улице Молодежной.

Страна у нас огромная, а элементарную опашку сделать не могут

Машина затормозила у дома лишь на секунду – выйти было невозможно из-за жара и летящих искр.

– Там тушить смысла не было. В такой ветер это бесполезно. После этого пожара даже огарков травы не осталось, земля горела, – вспоминает Батор. – Я проработал в заповеднике 18 лет, но такого не видел. Пожары, они ведь всегда были, и сутками, бывало, их тушили. Получается, что полжизни я тушил пожары в степи, а свой дом потерял.

К счастью, в тот день его семьи не было в деревне. Дочки Баясан и Димит – в детском саду в соседнем селе Кулусутай (в Усть-Ималке садика нет), жена Батора тоже отлучилась. Оставшись в селе, он помогал отбивать еще уцелевшие дома.

– Когда пожарные приехали, спасать было уже нечего. У меня сгорело все: дом, постройки, хозяйство, техника. Хорошо, что основные документы были с собой. Но сгорели аттестат, диплом горного техникума, военный билет, загранпаспорт. Ночь мы дежурили, утром немного удалось поспать. Жена с детьми к тому времени были у тещи в Кулусутае.

Усть-Ималка после пожара

Дом в Усть-Ималке сгорел еще у одного инспектора Даурского заповедника, Аюши Дабаева.

Дома и имущество не спасали – искали людей

– Мы вместе тушили пожар, в одной машине с Батором были. Когда в Усть-Ималку приехали, мой дом еще был цел. Мы не стали ничего тушить или имущество спасать – искали людей.

В деревне же много пожилых, – рассказывает Аюша Дабаев. – Выводили их из домов, искали повсюду. Я маму свою искал, оказалось, что она у соседей была: у них дом каменный, в нем все были.

Потом, когда мы всю деревню объехали, мой дом уже горел.

В таком же положении оказался и инспектор Даурского заповедника Дмитрий Цыденжапов, житель села Лаха.

– От чабанской стоянки осталась только баня. Стоянка колхозная, но оформлена была на мою супругу. На ней мы держали баранов-производителей. Мои телята там сгорели, бараны вместе с ягнятами, свиньи, курицы.

Я в тот момент отбивал от огня свое село, – вспоминает Дмитрий. – Ветер был сильный, света в деревне не было. Мы поехали на стоянку, там у меня солнечные батареи. Думали, что воду накачаем. Приехали, а стоянки нет…

В тот день три стоянки сгорело, но село мы частично хотя бы отстояли.

Дмитрий Цыденжапов

Как считает Батор Рыгзынов, пожар мог быть и не столь разрушительным.

– Я вот теперь думаю: монголы свою границу постоянно опахивают, а у нас вроде бы страна большая, а границу элементарно опахать не могут. Был пожар дня за три до этого, так он уперся в монгольскую опашку и снова ушел вглубь Монголии, – говорит Батор.

– И мне кажется, что это тот самый пожар и был, а 19 апреля его просто заново раздуло. Может, опашка и помогла бы. Две опашки лучше держат огонь, чем одна.

В сильный ветер от огня это совсем уж не убережет, но толк все равно есть: хотя бы время сориентироваться у людей будет.

Неучтенные домочадцы

Утром в Усть-Ималку приехали чиновники из краевого правительства. Осматривали пепелища, прикидывали размеры ущерба. Погорельцам пообещали решить проблему с жильем до середины октября.

Региональные власти заявили о выделении пострадавшим от пожаров 450 млн рублей на покупку и строительство жилья, обещали людям бесплатную землю под их новые дома.

Отчитались чиновники и о том, что каждый, у кого полностью сгорело имущество, получил по 100 тысяч рублей, а те, у кого оно утрачено частично, – по 50 тысяч.

Есть те, кто обещанное получил. Аюше Дабаеву и его маме дали один на двоих сертификат, они купили квартиру в Чите. Заново отстроил стоянку и Дмитрий Цыденжапов, к властям у него претензий нет.

Жены и детей в Усть-Ималке вроде как и не было никогда

А вот инспектору Батору Рыгзынову не повезло. Он с семьей жил в доме родителей. Батору пришлось долго, с привлечением свидетелей доказывать, что он действительно жил в сгоревшей Усть-Ималке. А его жене и детям, как выяснилось, никакие компенсации вообще не полагаются.

– Я после пожара уехал на мамину чабанскую стоянку. Так там и живу. Сертификат на квартиру мне выдали. Но на меня одного, без учета семьи – на совсем небольшую однокомнатную квартиру, с семьей там жить невозможно, – рассказывает Батор.

– Долго вся эта волокита тянулась: ездили, судились. Я же официально не был собственником дома – он родительский. А жена и дети вообще прописаны у тещи в Кулусутае, чтобы была возможность в садик там ходить, у нас-то детсада нет.

Сейчас, получается, моих в Усть-Ималке вроде как и вовсе не было

Компенсацию, 110 тысяч, Батор тоже получил только на себя. Детей и супругу, которые якобы жили в другой деревне, суд не учел.

На чабанской стоянке, где теперь живет Батор, в том пожаре уцелели лишь дом и баня. И это похоже на чудо, ведь уничтожены были все постройки, заживо горели овцы, телята, коровы.

Усть-Ималка, апрель 2019

– Сейчас мать уже получила компенсацию за хозяйство, мы построили капитальные строения для животных. Осталось их заново развести, – говорит Батор.

Сама Усть-Ималка пустует. Лишь единицы из тех, кто в ней жил, собираются заново отстраивать дома в родном селе: люди перебираются поближе к цивилизации.

– Пока никто там не строит. Это ведь сколько надо денег, чтобы построить дом? Тяжело, – рассуждает Батор. – Сначала как-то ничего понятно не было, а потом за чем ни кинься – того нет и другого нет. Ни болтика, ни гаечки, ни других элементарных вещей.

Батор Рыгзынов говорит: продержаться в тяжелой ситуации ему помогли друзья, коллеги и даже совсем незнакомые люди. Узнав о его истории из СМИ и соцсетей, жители разных регионов переводили Батору и другим инспекторам заповедника деньги.

Усть-Ималка после пожара, апрель, 2019

– Только сгоревший родительский дом, в котором прожил всю жизнь, по-прежнему стоит у меня перед глазами. Но в Усть-Ималку нам уже не вернуться. Будущего у этого села нет, – говорит Батор.

Источник: //www.sibreal.org/a/30298785.html

Соседи сожгли мой дачный дом

Можно ли восстановить сгоревший дом, если деревня считается опустевшим населенным пунктом?

12 мая в квартире моей мамы раздался звонок. «Вы только не волнуйтесь, но ваш дом сгорел».

Светлана Болгова

дочь владельца сгоревшего дома

Пожар выбил маму из колеи, и я поняла, что решать вопрос придется мне. Проблема была в том, что я не имела ни малейшего представления, с какой стороны за него браться. Я никогда не оценивала ущерб, не строила этот дом, не ходила в суд и даже не спорила с соседями по мелочам. Тем не менее, я ворвалась в эту тему и все решила.

Вот как было дело.

Это наш сгоревший дом. Он назывался «теплый» или «гостевой», в нем было комфортно даже в очень холодную погоду

Сначала нужно выяснить характеристики дома и причину пожара. Если дом строила компания по договору, в документах есть все, что нужно, — достаточно держать бумаги под рукой (и вдалеке от дома). Обязательно должны быть измерения всех комнат и потолков: они понадобятся многократно.

Из разговора с соседями я выяснила, что ночью у них загорелся хозблок. Поджигать его причин не было, а случайному прохожему бросить окурок на 30 метров сложно.

Дознаватель из МЧС сказал им, что, скорее всего, ночной скачок напряжения вызвал искрение проводки и привел к пожару. От хозблока загорелся и наш дом.

Пожарные приехали, когда оба дома было спасать поздно, но они успели залить пожар до того, как огонь добрался до газового баллона в хозблоке. Мы все легко отделались.

Получалось, что по-человечески соседи не виноваты, хотя юридически они несут ответственность за пожар. Тем не менее, дом был, а теперь его нет.

Я нашла адвоката, который согласился помогать советами и представлять мои интересы, если дело дойдет до суда. План был такой:

  1. Получить заключение оценщиков, какой ущерб мне принес пожар.
  2. Попытаться договориться с соседями мирно, чтобы они компенсировали ущерб.
  3. Если не удастся — идти в суд.

Для оценки ущерба понадобятся документы:

  1. Паспорт владельца участка.
  2. Свидетельство о праве собственности на землю.
  3. Кадастровый паспорт земельного участка.
  4. Справка о пожаре из МЧС.

Все это у нас было, кроме справки из МЧС. Но если что, свидетельство о праве собственности и кадастровый паспорт можно восстановить через МФЦ района, в котором расположен участок. Там сделают запрос в архив и через две недели выдадут документы.

Оставалась справка о пожаре. Пожарные не оставили соседям документов с указанием, куда обращаться. Пока я искала концы, на меня вышел старший дознаватель местного отделения МЧС. Я оказалась нужна ему больше, чем он мне: ему надо было закрыть дело.

Для получения справки нужен собственник, его паспорт, свидетельство о собственности и заявление о происшествии в свободной форме. Пришлось брать с собой маму. Справку мы получали минут сорок.

Мое заявление сотрудника МЧС не устроило, и мы заполнили официальную форму с подробным описанием дома. Чтобы ускорить процесс, лучше заранее измерить дом и изучить его характеристики в документах.

Я не подготовилась: не знала, какой утеплитель использовали строители и что такое ондулин.

Как выяснилось, ондулин — это красное покрытие для крыши. Также выяснилось, что он исключительно хорошо горит. Серая часть крыши — железо, ондулина не хватило.

Только это спасло соседний дом

Сотрудник МЧС настойчиво просил меня назвать приблизительную стоимость дома. Я отвечала, что как раз для оценки мне нужна справка от пожарных. Получался заколдованный круг.

В итоге я сказала: «Хорошо, 700 тысяч», — и на этом все закончилось.

Выяснилось, что сотрудникам нужна не какая-то сумма, а вполне конкретная: ниже 250 тысяч рублей. Такой ущерб сразу перестает быть особо крупным, и дело можно закрыть. Поэтому мой совет: никогда не называть случайные цифры, даже если кажется, что без официального подтверждения они ничего не значат.

В итоге мне выдали справку и пригласили прийти за заключением с актом оценки, если дойдет до суда. Но я была уверена, что мы все решим без суда, и пошла выбирать оценщика.

Я не знала, доверять оценщикам из интернета или положиться на тех, с кем уже работали мои знакомые. Поэтому позвонила тому, которого горячо рекомендовали. Он сказал, что может выехать через две недели, еще две недели будет писать заключение и хочет за работу 40 тысяч рублей. Дороговато. Я решила, что в силах найти специалиста сама.

Я обзвонила всех специалистов: рекомендованных и интернетных. Отсеяла тех, кто не отвечал в рабочее время, не перезванивал по договоренности, отказывался присылать сканы документов, проводил оценку по фотографиям без выезда на место, не мог вразумительно ответить на вопросы и был занят больше недели. Осталось пять организаций.

В интернете стоимость оценки начинается от 3 тысяч рублей. На деле вилка стоимости — от 10 до 25 тысяч, время подготовки документов 5—10 дней.

Оценщик выслал мне по запросу пачку документов, из которых самый главный — страховой полис на 5 млн рублей на случай ущерба имущественным интересам клиента.

Другие полезные документы, которые я получила:

  1. Лицензия оценочной организации.
  2. Диплом оценщика с правом ведения профессиональной деятельности.
  3. Сертификат соответствия.
  4. ИНН организации.

Все они вошли в итоговое заключение об оценке.

Я предложила довезти оценщика до места на машине. Два с половиной часа, пока мой муж боролся с пробками, я выясняла, как проходит оценка, из чего состоит цена и каких неприятностей ждать. Если бы завтра выяснилось, что в нашем садовом товариществе был свой оценщик и он был мне нужен, я смогла бы договориться с ним на 4 тысячи за услугу вместо 40.

На экспертизу обязательно надо звать соседей, иначе они могут опротестовать в суде акт осмотра, на котором нет их подписи, и будут правы. Соседи имеют право отказаться участвовать, но позвать мы их обязаны.

Оценщик рассказал всем, как будет проходить оценка, измерил все помещения, сфотографировал и описал повреждения, заполнил акт оценки, в котором расписались все три стороны, и умчал составлять заключение.

Через пять рабочих дней я приехала в офис к оценщику и получила заключение на 24 листах, сшитое, пронумерованное и опечатанное.

Заключение содержало:

  1. Информацию об организации и ксерокопии документов организации.
  2. Термины и описание экспертизы.
  3. Список источников, которые оценщик использовал при определении стоимости.
  4. Стоимость ликвидации сгоревшего дома.
  5. Описание повреждений и стоимость замещения дома.
  6. Копии наших документов, необходимых для оценки.
  7. Копию акта оценки.
  8. Фотографии повреждений.

Стоимость восстановления дома эксперт оценил в 657 490 рублей 50 копеек, а разбор и вывоз сгоревшего дома — в 32 000 рублей.

Заключение об оценке и другие документы, которые нужны, чтобы восстановить сгоревший домБоковые и задние стены выгорели, а фасад цел. Это не преимущество: разобрать и вывезти его будет не просто.

Заключая соглашение о постройке нового дома, не забудьте включить пункт о ликвидации старого

Если вы хотите, чтобы вам построили новый дом, а не обшили сайдингом горелые балки, в заключении должно быть явно сказано, что уровень повреждений превышает 70%.

В этом случае дом не подлежит ремонту и в заключении указывается стоимость замещения здания.

Лучше сразу попросить распечатать простую копию для соседей. Иначе полночи перед встречей придется провести в попытках аккуратно отксерить прошитый документ. Это сложнее, чем кажется. Отдавать оригинал заключения соседям неразумно, а требовать, чтобы они вникли в него при вас, негуманно.

Результат расчетов с таблицами и фотографиями я взяла с собой на встречу. Это очень помогло. Мы обсудили, что этот расчет — стоимость даже не дома, а сруба, без электричества, воды и внутренней отделки, которые обойдутся минимум во столько же. В результате соседи согласились, что сумма оценки не безумная, просто им дорого и надо подумать.

Вот что мне помогло:

  1. Я сообщила, что не разбираюсь в строительстве и не знаю ответы на все вопросы.
  2. Предложила обращаться с вопросами к оценщику, его контакты есть в заключении.
  3. Напомнила себе: именно на случай, если что-то пойдет не так, существует страховое покрытие на 5 млн в случае причинения ущерба клиенту.

Если это не учесть и пытаться на полном серьезе брать на себя ответственность за все решения эксперта, легко умереть от нервного срыва.

К стандартной модели дачного дома я добавила утеплитель, водосточную систему и печь

Разбирать дом, пока не подписали соглашение, было нельзя. Это понимали обе стороны. Горелый Левиафан стал местной достопримечательностью: с участка соседей его видно лучше, теперь там все время фотографировались жаждущие подробностей дачники. Соседи очень хотели его убрать.

Что важно учесть при составлении соглашения:

  1. Вы можете требовать именно ту форму компенсации, которая нужна вам. Например, вы хотели снести этот дом — в этом случае надо договариваться о компенсации деньгами.
  2. Надо искать зоны пересечения интересов. По многим вопросам договориться легче, чем кажется.
  3. В соглашение можно включать сопутствующие расходы. Например, поделить оплату оценщика.
  4. В новом доме будет только то, что написано в соглашении. Не стоит надеяться ни на что по умолчанию. Если в соглашении этого нет, суд не примет вашу сторону.

В итоге мы подписали соглашение, в котором соседи обязались ликвидировать остатки сгоревшего дома и построить такой же, как был. Для этого мы подробно описали дом снаружи и внутри, вплоть до количества розеток.

Включили обязательство убрать все элементы дома, чтобы не было искушения использовать уцелевшие рамы.

Чтобы соглашение имело силу в случае разногласий, в нем должны быть не только имена и подписи, но и паспортные данные обоих собственников или их представителей.

На бумаги и процедуры ушел месяц. Каждый специалист, с которым я пересекалась, считал обязательным сообщить, что 90% таких конфликтов заканчивается в суде. Но мы не хотели в суд, поэтому упорно обсуждали, кому что надо. Обнаружили, что наши интересы не сильно расходятся.

Мы согласовали детали, подписали соглашение и договорились, что после постройки дома подпишем еще одно — об отсутствии претензий, — которое закроет эту историю.

Если соседи не считают, что они что-то должны делать, придется обращаться в суд.

Если бы я решала вопрос через суд, то составление иска и участие в заседаниях доверила бы юристу. Досудебную претензию несложно написать и вручить самостоятельно. Чтобы в этом убедиться, я составила досудебную претензию специально для этой статьи и на всякий случай согласовала ее у юриста:

Помимо суммы компенсации, адвокат включит в иск ваши расходы на оценку, свое вознаграждение, судебные расходы и компенсацию морального ущерба.

Суд может назначить своего эксперта, который заново оценит размер ущерба. Причем оценить ущерб он может ниже, чем ваш оценщик. Да и суд может снизить его размер, если соседи постараются в заседании. Поэтому в любом случае нельзя разбирать дом до того, как вы составили и подписали соглашение.

Оформление документов и встречи со специалистами требуют времени. Если у собственника нет времени, потребуется представитель и доверенность на него.

Собственник нашей дачи — моя мама. По пути домой из первой же поездки я завезла нас к нотариусу и сделала доверенность на себя.

История еще не закончилась. Каждый раз, когда мне кажется, что все хорошо, возникает новая проблема. Так что я решила не расслабляться, пока мы не подпишем финальный договор об отсутствии претензий.

Сначала соседи построили душ. Мама довольна. Сейчас соседи заканчивают вывозить остатки дома. Со следующей недели они планируют начать строительство.

Удивительно, но отношения с соседями сейчас даже лучше, чем год назад. Я научилась не суетиться и спокойно ждать предложений, чтобы согласовать решение, которое меня устроит. Без паники, нервов и агрессии.

Начало августа. Сдала статью и поехала посмотреть, как там дом. Горелые останки уже убрали, а новый каркас быстро подвели под крышу, чтобы не залили дожди. Важно понимать, что процесс восстановления небыстрый: при хорошем раскладе история закончится в самом конце лета.

  1. Если соседи случайно спалили ваш дом, постарайтесь их поддержать. Им труднее, чем вам.
  2. Уточните в МЧС, можно ли решить дело без суда. Если да, соберите документы для оценки: свидетельство о собственности, кадастровый паспорт и справку из МЧС.
  3. Найдите оценщика. Чем ближе к дому находится компания-оценщик, тем ниже стоимость услуги.
  4. Запросите у оценщика документы: страховой полис, лицензию компании и диплом с правом ведения профессиональной деятельности.
  5. После оценки обговорите компенсацию с соседями. На переговорах проявите терпение.
  6. Не разбирайте дом до того, как подписано соглашение о возмещении ущерба. В нем должны быть паспортные данные обоих собственников и подробное описание результата.
  7. После того как обе стороны выполнят соглашение, подпишите договор об отсутствии претензий.

Источник: //journal.tinkoff.ru/dom-sgorel/

Сгорел дом, что делать и куда обращаться?

Можно ли восстановить сгоревший дом, если деревня считается опустевшим населенным пунктом?

Что делать если дом сгорел

Что делать если дом сгорел? Этим вопросом, задавался каждый, на чью долю выпадало такое нелегкое испытание. По данным МЧС, за 2016 год, без крова осталось 34483 семьи, и каждой из них, пришлось столкнуться с весьма серьезными проблемами.

Сгорел дом что же делать дальше?

Если вам не посчастливилось оказаться в числе погорельцев, то первым делом, что нужно делать, так это обратиться в местное отделение МЧС. Там, вы получите справку, подтверждающую то, что ваше жилье действительно сгорело.

На основании этого, следующим шагом, обратитесь в администрацию вашего района, где вам выдадут жилье, для временного проживания. Подайте заявление, на создание комиссии, которой будет проведен осмотр дома.

По результатам этого исследования, вам на руки будет выдано заключение, в котором будет указано, подлежит ли жилье восстановлению, или идет под снос. Точно такой же ответ, и на вопрос «что делать если сгорел дом в деревне?» порядок действий точно такой же.

Что делать если сгорел дом без страховки? 

В зависимости от того, подлежит ли ваш дом восстановлению, или нет, вам будет выдана компенсация, или новое жилье. Чтобы установить точную сумму нанесенного ущерба, вам потребуется оценка дома после случившегося пожара. Это исследование, в результате которого, устанавливается стоимость:

  •         Работ по восстановлению помещений,
  •         Аренды спецтехники для доставки;
  •         Строительных материалов для реставрации;
  •         Домашней техники, и мебели.

Собрав все документы, и получив на руки отчет о проведении оценочных работ, обратитесь в администрацию, где вам будет выплачена компенсация в том размере, который указан в заключении специалиста. Но произойдет это, только в том случае, если возгорание произошло по вине муниципальных организаций, а чтобы установить виновных, вам потребуется проведение независимой экспертизы пожара дома.

Сгорел застрахованный дом что делать? 

Если вам вовремя удалось застраховать свое жилье, то можно вас только поздравить, ведь в таком случае, вам, скорее всего, будет выплачена компенсация за утраченное или поврежденное огнем имущество.

Однако, и такое бывает далеко не всегда, часто страховые организации, существенно занижают сумму выплат, так как это просто не выгодно.

В такой ситуации, вам потребуется оценка ущерба после пожара дома, представив отчет, о проведенной оценке, страховая компания, будет обязана выплатить сумму, которая указана в заключении. В противном случае, вы можете пойти иным путем, и пытаться добиться справедливости через суд. 

Сгорел застрахованный дом что нужно делать если отказано в выплате?

В нашу экспертную организацию, часто обращаются обманутые клиенты страховых фирм, которым было отказано в выплате компенсации, ссылаясь на различные отговорки, говоря, что это не страховой случай, или вовсе обвиняя клиентов в мошенничестве.

В таком случае, необходима экспертиза после пожара дома. Экспертиза – это исследование, которое направленно на установление причин возгорания, а также восстановления хронологии развития пожара в пространстве и времени.

Таким образом, вам удастся не только определить причину возгорания, но и установить виновных. Обладая заключением на руках, вы можете смело обращаться в свою страховую организацию, и требовать деньги, которые положены вам по закону.

Отчет об экспертизе послужит документальным обоснованием ваших претензий, и, в крайнем случае, вы можете обратиться в суд.  

Сгорел дом по вине соседей что нужно делать дальше? 

И в такой ситуации, можно добиться возмещения своих убытков, но чтобы сделать это, вам необходима экспертиза после пожара дома. Без этого исследования, вы не сможете доказать свою правоту, и вам придется восстанавливать свое жилище самостоятельно.

Пример из практики специалиста АНО «Высшая палата судебных экспертов». В 2010 году, у жителя города Псков сгорел частный дом спрашивая себя что делать и как быть в такой ситуации? Пострадавший обратился к юристу, с вопросом: «что делать если сгорел дом без страховки».

Подробно рассказав, как нужно действовать в такой ситуации, и в какие организации обращаться, юрист добавил, что для проведения экспертизы, лучше обратиться в нашу организацию. Пострадавший так и сделал.

После разговора со специалистом, была назначена независимая экспертиза пожара частного дома. Осмотрев помещение, эксперты подтвердили, что причиной возгорания послужило нарушение правил эксплуатации электроприборов, и нарушение техники безопасности при работе со сварочным аппаратом.

Получив на руки заключение специалиста, пострадавший обратился в суд, где его иск был полностью удовлетворен.

К нам часто обращаются с вопросом: «сгорела крыша дома что делать?», и даже в таком случае, экспертиза необходима, особенно, если вы хотите в дальнейшем пытаться добиться справедливости через суд, и получить свою компенсацию, или наказать виновных. Просто спрашивать себя «сгорел дом что мне делать?» – бессмысленно, если вы хотите получить выплат за уничтоженное имущество, и добиться справедливости. 

Источник: //www.expertiza.expert/pozharno-tekhnicheskie/chto-delat-esli-dom-sgorel/

Последствия пожаров: как восстановить утраченные документы на дом

Можно ли восстановить сгоревший дом, если деревня считается опустевшим населенным пунктом?

В пострадавших от пожара регионах начались суды: у многих погорельцев дома не были оформлены, как положено, и у них возникли проблемы с получением нового жилья.

Что делать, если вместе с жильем сгорели и документы на дом, или их вовсе не было? На вопросы “РГ” ответил руководитель аппарата Комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Илья Миронов.

Илья Миронов: Оговоримся сразу: мы не ведем речь о самовольных постройках, которые никогда, нигде не оформлялись и не регистрировались. Соответственно, если говорить с точки зрения права, их как не было до пожара, так нет и после пожара.

Другое дело, когда у владельца вместе с домом сгорели все документы. Ему придется подтвердить свое право собственности.

Самые простые случаи – когда после 1998 года право собственности было зарегистрировано в соответствии с Федеральным законом “О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним”.

Тогда все просто – идешь и берешь выписку из Единого госреестра прав либо дубликаты необходимых документов и соответственно ни у кого не возникнет вопроса о том, что у человека отсутствует право собственности.

Российская газета: Но мы-то знаем, что оформили собственность “по всем правилам” далеко не все владельцы. Что делать им?

Миронов: Если земельный участок предоставлялся, соответственно в госорганах сохранились об этом документы.

Раньше это была Кадастровая палата, потом Федеральное агентство кадастра объектов недвижимости, сейчас это Федеральная служба госрегистрации, кадастра и картографии (Росреестр). Все документы по земле, по земельному кадастру находятся в ее ведении – туда и надо обращаться.

Не стоит забывать, что длительное время сделки подлежали обязательному нотариальному удостоверению. Поэтому копии необходимых документов можно найти, обратившись в нотариальную палату.

РГ: Но во многих случаях сгорели удаленные от областного центра деревни. И не факт, что там уже была проведена полная “инвентаризация” земель и все абсолютно сведения есть в Росреестре, ведь эта работа еще не закончена.

Миронов: Да, данные могут быть еще до конца не обработаны. Работа по созданию единой кадастровой карты активно продолжается, и когда она завершится, то вообще никогда никаких проблем не будет.

Но Росреестр – не единственный адрес, куда можно обратиться. Есть еще муниципальные и региональные архивы, где хранятся документы о предоставлении участков под застройку либо в пользование с правом возведения жилого дома. Формулировки могут быть разные, тем не менее все эти документы свидетельствуют о правах гражданина.

РГ: А если землю получал один человек, а в сгоревшем доме уже жили его наследники?

Миронов: Документ о выделении земельного участка понадобится, чтобы подтвердить и права наследников гражданина, которому предоставлялся этот земельный участок, если тот умер, и права правообладателя в том случае, если земля с домом поменяли собственника (положим, он их подарил или продал). Главное – сведения об этом конкретном земельном участке остались в архиве. Эти документы можно будет запросить и подтвердить права.

РГ: Пока мы говорили о земле. А как быть с домом?

Миронов: В основном все жилые дома, даже в отдаленных деревнях, в свое время учитывались, и сведения о них есть либо в учреждениях, которые вели инвентаризационный и технический учет (чаще всего – в БТИ). Понятно, что надворные легкие постройки – сараи, бани, туалеты и прочее – обычно не оформлялись. Но на основное жилье документы в архивах, как правило, есть.

Кроме того, у нас есть закон о защите населения и территорий в чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера.

В рамках этого закона к полномочиям правительства отнесены, во-первых, создание специальных резервных фондов, средства из которых в том числе могут быть направлены на восстановление утраченного жилья.

Правительство определяет порядок оказания финансовой помощи из федерального бюджета бюджетам субъектов. Кстати, одна из статей закона закрепляет право граждан на возмещение ущерба, причиненного как здоровью, так и имуществу вследствие чрезвычайной ситуации.

РГ: Много вопросов от “дачников” – людей, которые не проживали постоянно в погибших поселках, а приезжали туда только на лето.

Миронов: Действительно, есть такие населенные пункты, где практически не осталось “коренных” жителей. То есть деревня фактически прекратила существование, но там есть законные правообладатели жилья для сезонного проживания. Если они дом покупали, у них должны быть правоустанавливающие документы. Например, договор купли-продажи.

Хочу напомнить: дачная амнистия действует до 2015 года, так что даже по “неучтенным” постройкам есть возможность их легализации.

Правда, только в том случае, если земельный участок был предоставлен для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства или индивидуального жилищного строительства. Но это касается уцелевших жилых строений.

Если самовольно возведенный дом сгорел, то “узаконивать” сейчас уже нечего, и компенсацию за него получить весьма проблематично.

К сожалению, для многих наших граждан характерна такая вот правовая “безалаберность”, в том числе и с оформлением наследства. Если хотя бы наследники обращались к нотариусу с заявлением об открытии наследства, а потом, допустим, так до конца оформление собственности и не довели, положение можно исправить.

Нужно получить у нотариуса свидетельство о праве на наследство. Но бывает так, что нотариус уже не работает на прежнем месте – умер, уехал в другой город. В этом случае все дела, которые он вел, передаются в нотариальную контору, то есть этот архив не теряется.

Так что в этом случае необходимые документы можно получить опять-таки, подняв архив.

Если же человек вообще никуда не ходил, у него и не было никаких документов, то тут помочь будет очень сложно. И все же каждая ситуация индивидуальна, и свои права нужно отстаивать. Не стоит забывать и о судебном порядке признания права собственности.

куда обращаться пострадавшим от огня

На сайте минрегиона опубликованы телефоны “горячих линий” в регионах //www.minregion.ru/upload/documents/2010/08/100804-tel.pdf

Телефон “горячей линии” Общественной палаты РФ: 8-800-700-8-800 (звонки бесплатны со всей территории России).

Источник: //rg.ru/2010/08/19/home.html

СтражЗакона
Добавить комментарий