Что делать,если на меня напал сотрудник полиции?

Как обратиться в полицию

Что делать,если на меня напал сотрудник полиции?

В 2017 году в России было зарегистрировано 2 058 500 преступлений. Так говорит МВД.

Дмитрий Сергеев

знает все о заявлениях

Я, как бывший сотрудник полиции, знаю, что преступлений гораздо больше. Но не все верят полиции и обращаются в органы. А зря. Я видел много случаев, когда преступления раскрывались. А еще видел случаи, когда люди не спешили звонить 112 и оставались ни с чем.

В этой статье я расскажу, как правильно себя вести, если вы стали жертвой преступления.

Иногда у людей ожидания от полиции, как от супергероев: если где-то происходит зло, то вдалеке уже должны зазвучать сирены, злодей должен быть пойман, а пострадавшему тут же должны вернуть украденное. Полиция должна быть источником справедливости, раскрывать дела силой мысли и сеять добро.

В реальности полиция — это просто работа. Есть группа людей. Они наделены полномочиями применять силу. Они ограничены законом, регламентами и задачами, которые ставит руководство. За самодеятельность им прилетит от начальства и они могут лишиться работы.

Полицейский не имеет права с ходу, не разобравшись, вершить правосудие. Если ему поступает обращение, он должен разобраться в описанных фактах, потом провести мероприятия в рамках закона, получить законный результат, уведомить всех и отчитаться. Это рутинная и сложная работа, в которой очень важно соблюдать регламенты.

Но все полицейские — люди. Как и все люди, они могут халтурить на работе, чего-то не знать, работать невнимательно, брать взятки, затягивать, не хотеть браться за какую-то задачу. Они могут даже пойти на преступление, чтобы скорее закрыть дело. Это печально, но, видимо, такова природа людей. Форма полиции не делает человека автоматически более благородным или устойчивым к коррупции.

И все же полицейский обязан работать по закону. Поэтому легче всего общаться с полицейским тому, кто знает закон и свои права. Об этом и поговорим.

Если вор вытаскивает кошельки у пассажиров на станции метро, он нарушает права не только конкретного лица, но и общества в целом. Его деятельность опасна для окружающих, и разбираться с ним должны правоохранительные органы. Чтобы поймать преступника, нужно обратиться в полицию.

Если подадите заявление не туда, ничего страшного. Проще, конечно, обратиться именно в полицию. Заявление не выбросят, переадресуют куда следует, а вам об этом сообщат письменно.

Представьте ситуацию. Виктор хотел купить машину и нашел в интернете хороший вариант. Машина в другом городе, зато цена ниже средней. По просьбе продавца супруга Вити перевела 5 тысяч рублей как предоплату, а Витя на автобусе выехал к месту покупки.

Когда Виктор был на полпути, продавец сообщил, что предоплата не 5 тысяч, а 50. И если продавец не получит эту сумму, он отдаст машину другому покупателю. Пришлось перевести деньги. А потом продавец выключил телефон.

Вместо того чтобы сразу идти в полицию, Виктор и его жена спорили, куда именно обращаться, есть ли в этом смысл и кто из них должен писать заявление. За это время преступники избавились от банковских карточек и симкарт. Ущерб так и не был возмещен.

Для дежурной части любой поступивший звонок — это сообщение о правонарушении. Но нужно понимать, что далеко не каждый вызов полиции может закончиться подачей заявления о преступлении и возбуждением уголовного дела.

Например, дерутся соседи сверху. По вашему вызову приезжает наряд с мигалками, а у соседей обычная семейная ссора и претензий друг к другу они не имеют. Оснований для привлечения к уголовной ответственности в такой ситуации нет, только к административной, да и то не факт. Но вызывать полицию все равно нужно: обычная драка в любой момент может закончиться поножовщиной с трупами.

Иногда вызовы очень экзотические. Например, под дверью стоит странный человек и вы не знаете, что ему надо. Может, это наводчик. Если вы позвоните в полицию, они приедут и будут разбираться. Несмотря на то что просто стоять под дверью — это не преступление и никакой ответственности за это не предусмотрено.

Конечно, можно найти знакомого полковника полиции, друга-участкового или доброго сотрудника патрульно-постовой службы, который готов вам помочь просто так, без заявления. Но их помощь без вашего письменного заявления не более чем сочувствие.

Но в ситуации с материальным ущербом или преступлениями против собственности, например кражей или мошенничеством, заявление от заинтересованного лица обязательно.

Само по себе заявление не может служить основанием для привлечения к ответственности. Следователи будут проверять изложенные в нем факты.

Например, в вышеописанном случае покупал машину Виктор, а переводила деньги жена. Написать заявление может и Виктор, и его супруга. И даже если они оба независимо друг от друга напишут заявления в полицию, их обязаны принять.

Кто является потерпевшим и кто имеет право на возмещение ущерба, определит следствие.

Чем быстрее, тем лучше. Срок обращения в органы в законе не прописан, но чем раньше это сделать — тем больше вероятность, что виновных привлекут к ответственности. Как только вы осознали, что стали жертвой преступления и вам причинен ущерб, тут же сообщите об этом в полицию.

Статья 141 Уголовно-процессуального кодекса РФ предусматривает две формы заявления о преступлении — устную и письменную. В любом случае заявление фиксируется на бумаге. При подаче устного заявления сотрудник правоохранительных органов фиксирует его содержание в протоколе с ваших слов, а вы обязаны подписаться под ним.

Чтобы подать заявление, можно позвонить по телефону 112 и рассказать о случившемся. Это как со скорой. К вам либо отправят сотрудника, чтобы он принял у вас письменное заявление или с ваших слов записал устное — если вы по какой-то причине не можете писать сами. Либо скажут, куда приехать, чтобы написать заявление.

Если телефона под рукой нет, можно подойти к первому попавшемуся сотруднику полиции и рассказать о ситуации. Тут действия будут примерно те же, но, скорее всего, вас еще и доставят в отделение полиции. Пугаться этого не нужно: вы же потерпевший.

Еще вы можете обратиться в ближайшую дежурную часть лично. При этом не важно, где вы живете и зарегистрированы и где именно случилось правонарушение.

Например, Виктор находился далеко и от своего места жительства, и от места нахождения мошенника. Он мог подать заявление всеми возможными способами, в том числе в любом ближайшем подразделении ОВД.

Шапка заявления о преступлении. Форма подскажет, что и куда писать

В заявлении нужно описать пять вещей:

  1. Что произошло.
  2. Когда, где именно и при каких обстоятельствах.
  3. Кто может быть свидетелем.
  4. Кто, по-вашему, виноват.
  5. Чего вы хотите от сотрудников полиции.

В бланке заявления обычно содержится подсказка, что именно нужно написать.

Если не знаете точное время, достаточно указать приблизительный промежуток, например «С 8 утра до 18 вечера, когда я находился на работе». Бывает, что неизвестно место преступления, тогда можно написать, например, «В Тверском районе, предположительно на ул. Новослободской».

Свои требования к правоохранительным органам нужно написать предельно четко и конкретно: привлечение виновных к уголовной ответственности и возмещение ущерба. Даже если вам неизвестно, кто эти виновные.

Писать лучше подробно, но немногословно и понятно. Если потребуется что-то уточнить, вас спросит дежурный или позже с вами свяжется следователь, чтобы узнать детали.

Анонимным ваше заявление могут признать, даже если вы указали фамилию, имя и отчество, но забыли указать адрес, или, наоборот, указали адрес, но забыли фамилию, имя или отчество.

Именно «не торопится», а не отказывается. Прямой отказ вы никогда не услышите.

У сотрудников полиции есть много способов дать понять, что никто вам и вашему заявлению не рад. И дело даже не в том, что сотрудники ленивые. Кроме раскрытия реальных преступлений им ежедневно приходится отвечать на заявления о нападении инопланетян и лучах смерти от соседей. Это пишут не совсем здоровые люди, но на их обращения тоже нужно давать ответы.

Для восстановления справедливости размер ущерба роли не играет. Часто в полиции намекают, что ущерб небольшой и вы просто потратите время. Например, украли кошелек, а в нем была всего тысяча рублей и несколько карточек.

Но вор будет воровать и дальше, если его не остановить. Поэтому не стесняйтесь писать заявление, особенно если вы видели вора и можете описать его.

Даже если уголовное дело потом прекратят из-за малозначительности ущерба — сам факт задержания преступника может на него повлиять.

Размер ущерба не имеет значения для возбуждения дела. То, что при ущербе менее 20 тысяч рублей уголовные дела по краже не возбуждают, — миф. Размер ущерба играет роль уже в суде, когда преступление раскроют. От того, насколько он значителен для конкретного потерпевшего, может зависеть мера наказания. А для подачи заявления он не важен.

Ждать следователя не обязательно. Часто в дежурной части потерпевших заставляют сидеть у проходной и ждать следователя, чтобы подать заявление. Так делают в надежде, что потерпевшему надоест ждать, он уйдет и не вернется. В такой ситуации нужно просто оставить заявление дежурному — следователю самому придется вас искать.

Нет заявления — нет преступления. Если в отделении вам говорят, что заявление не обязательно, не верьте. Например, если у вас украли телефон и дежурный говорит, что вам просто позвонят, когда его найдут. Никто ничего искать не будет, потому что нет заявления.

https://www.youtube.com/watch?v=5h7UlX-Ekbc

Существует специальная инструкция о порядке рассмотрения заявлений об исчезновении граждан. В ней сказано, что сообщение о безвестном исчезновении лица должно быть принято и зарегистрировано вне зависимости от срока и места его исчезновения, даже если к этому заявлению не приложены фотографии пропавшего или заявитель не знает его полных анкетных данных.

Дежурный должен выдать вам талон-уведомление, который подтверждает, что заявление принято. С даты, указанной в талоне, ведется отсчет времени, в течение которого правоохранительные органы должны что-либо предпринять по заявлению: как правило, от 3 до 30 суток.

Ваше заявление в течение суток поступит к исполнителю — следователю или дознавателю. С ним вы сможете связаться по указанному в талоне телефону, чтобы узнать ход дела.

По результатам рассмотрения вашего заявления исполнитель может принять одно из следующих решений:

О любом решении, которое будет принято по заявлению, вас уведомят письменно. Если принятое решение вас не устраивает, вы вправе его обжаловать. Порядок обжалования вам должны разъяснить.

Что такое заведомо ложный донос, проще всего объяснить на примере.

Девушка пишет заявление о том, что двое знакомых ее изнасиловали. Указывает место, время, обстоятельства. Но потом договаривается с этими знакомыми, они компенсируют ей ущерб в материальном выражении. Она приходит в полицию и говорит: «Ничего такого не было, я их оговорила». Это ложный донос. И девушку могут привлечь к уголовной ответственности.

Другой пример. Вы видите, как двое мужчин на вокзале прячут сумки под сиденья и уходят. Если вы подойдете к сотрудникам полиции и сообщите об этом факте, это не будет ложным доносом. Главное — сообщить о факте. Вы не утверждаете, что внутри бомба или наркотики. Вы предполагаете, что может иметь место противоправное деяние, и просите сотрудников полиции проверить это.

Поэтому проучить кого-то, написав заявление в полицию, не получится. Заявление — это повод к возбуждению уголовного дела, а не обычная кляуза.

Всегда сообщайте только те факты, которые знаете достоверно.

Предупреждение об ответственности за заведомо ложный донос в бланке заявления

Чисто по-человечески полезно общаться с полицейским как с нормальным человеком на работе. Не как с челядью, прислугой или кем-то, кто вам хронически должен. Когда полицейский видит к себе спокойное, уважительное отношение, у него больше причин так же относиться к вам.

Чего не стоит делать при общении с полицейским.

Не стоит пугать его жалобами, если на то нет причин. Полицейский отлично знает регламенты и свои обязанности.

Не стоит угрожать связями, чтобы полицейский работал быстрее. Сотрудник полиции и так не должен тормозить, и у него полно задач кроме вашей. Обещать ему санкции за нерасторопность бесполезно.

Не стоит без повода заваливать руководство жалобами на сотрудника. Прежде чем пожаловаться, проверьте, есть ли для этого законные основания. Постоянный прессинг со стороны потерпевшего только замедляет дело, потому что по регламенту на все эти жалобы нужно отвечать и на это может уходить больше времени, чем на полезную работу.

Не требуйте невыполнимого. В сериалах преступления раскрывают нажатием кнопки, за пять минут делают любую экспертизу и тут же передают дело в суд. В жизни все не так. Это серьезная работа, которую невозможно сделать за минуту. Сериал «След» — это художественное произведение.

Ваша поддержка очень важна. Вежливый и адекватный потерпевший, который не требует сделать невозможное и с пониманием относится к просьбе пояснить отдельные вопросы или предоставить недостающие документы, поможет быстрее возместить ущерб и наказать виновных.

Для тех, чья вера в соцсети безгранична, приведу один пример.

Источник: https://journal.tinkoff.ru/police/

Мвд разъяснило, когда гражданин имеет право на самооборону от милиции

Что делать,если на меня напал сотрудник полиции?

2009-11-26T21:28+0300

2009-11-26T21:28+0300

https://ria.ru/20091126/195695950.html

Мвд разъяснило, когда гражданин имеет право на самооборону от милиции

https://cdn23.img.ria.ru/images/19523/56/195235621_0:0:3888:2592_1036x0_80_0_0_adeb4ae0a216e28a0e1bce4a17b32a68.jpg

РИА Новости

https://cdn22.img.ria.ru/i/export/ria/logo.png

РИА Новости

https://cdn22.img.ria.ru/i/export/ria/logo.png

“Если поведение сотрудника милиции выглядит неадекватным, если с его стороны звучат необоснованные угрозы и, тем более, если он применяет насилие, в такой ситуации граждане вправе оказать ему сопротивление”, – сказал РИА Новости начальник Управления общественных связей МВД России генерал-майор милиции Валерий Грибакин.

МОСКВА, 26 ноя – РИА Новости. Министерство внутренних дел России разъяснило, в каких ситуациях граждане РФ могут воспользоваться правом на самооборону при незаконных действиях сотрудников милиции.

“Если поведение сотрудника милиции выглядит неадекватным, если с его стороны звучат необоснованные угрозы и, тем более, если он применяет насилие, в такой ситуации граждане вправе оказать ему сопротивление”, – сказал РИА Новости начальник Управления общественных связей МВД России генерал-майор милиции Валерий Грибакин.

Здесь “возникает институт крайней необходимости и самообороны”, подчеркнул Грибакин.

“Если гражданин не нарушает общественный порядок, не совершил преступления, не находится в розыске, у сотрудника милиции нет повода предъявлять к нему претензии”, – отметил официальный представитель министерства внутренних дел России.

Глава МВД РФ генерал армии Рашид Нургалиев в четверг напомнил гражданам о праве необходимой самообороны, которая позволяет им защищаться в случае любого незаконного нападения, в том числе и сотрудника милиции. На встрече с министром один из учеников спортшколы сказал, что участились случаи нападения милиционеров на граждан, и поинтересовался, не следует ли “забрать у милиционеров неприкосновенность”.

Нургалиев: граждане могут дать сдачи и напавшему милиционеру >>

Согласно статье 317 Уголовного кодекса РФ, “посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа… наказывается лишением свободы на срок от 12 до 20 лет либо пожизненным лишением свободы, либо смертной казнью”.

“Ты имеешь в виду, может ли гражданин дать сдачи, когда на него напал милиционер?”, – уточнил Нургалиев у ученика.

“Если этот гражданин не преступник, которого задерживают, и ничего не нарушил, во-вторых, если на него совершается нападение, то должна быть самооборона.

Конечно же, здесь будет именно та ситуация, о которой мы говорим. Мы здесь все равны, а гражданин – вдвойне, потому что в данной ситуации мы стоим на защите его прав и свобод.

А если преступник в форме – его надо просто изолировать от общества”, – сказал министр.

Порочащих звание милиционеров надо изгнать из органов – Нургалиев >>

Под необходимой обороной статья 37 УК РФ подразумевает “защиту личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия”.

Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица “независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения”.

В соответствии со статьей 39 УК РФ, “не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости”.

Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, “явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный”. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

Адвокаты не советуют россиянам “давать сдачи” милиции >>

Источник: https://ria.ru/20091126/195695950.html

На Южном Урале женщина обвинила полицейского в преследовании и жестоком избиении

Что делать,если на меня напал сотрудник полиции?
https://www.znak.com/2019-11-11/na_yuzhnom_urale_zhenchina_obvinila_policeyskogo_v_presledovanii_i_zhestokom_izbienii

2019.11.11

Наиль Фаттахов / Znak.com

В Чебаркуле Челябинской области 39-летняя женщина обвиняет молодого сотрудника местной полиции Юрия Острожнюка в жестоком избиении.

По словам потерпевшей, ранее незнакомый ей молодой человек преследовал ее от продуктового магазина, а затем без причины напал на нее в подъезде ее дома. Личность нападавшего удалось установить по камерам наблюдения из магазина.

Причем достали видеозапись не сотрудники правоохранительных органов, куда было подано заявление, а сама потерпевшая и ее родные. Теперь женщина боится, что делу не дадут ход. 

Происшествие случилось в двенадцатом часу ночи 5 ноября. Елене, живущей в самом центре города — на улице Ленина, — понадобилось сходить в продуктовый магазин «Мечта хозяйки». До него идти метров двести через городскую площадь. Территория освещенная, людная, город знакомый.

«Когда я подходила к магазину, он стоял на улице и перегородил мне дорогу, — вспоминает женщина. — На дороге при этом он был один, а на стоянке стояли его товарищи, с которыми он перекрикивался, человека три или четыре. Я обошла его и зашла в магазин. Он за мной. Там стоял, пытался что-то говорить, но ничего не делал. Я вышла — он за мной. Пытался то под руку взять, то еще что-то.

Я ему сказала: куда ты идешь? Он говорит: тебя проводить. Я ответила, что меня не надо провожать, попросила его уйти. Когда проходила мимо стоянки, крикнула его друзьям, чтобы они его забрали. Они не отреагировали. Я его хорошо запомнила, потому что на нем был берет, а он сам сказал, что он был в военной разведке. Как раз 5 ноября — день военной разведки. Видимо, он его и отмечал».

Мужчина шел за Еленой вплоть до подъезда ее дома. Она его все время просила уйти, но он не реагировал. При этом женщина отмечает, что, опасаясь за свою безопасность, не грубила ему. Она отмечает, что он был нетрезв, но на вид — не сильно, хотя в целом поведение его было странным.

На этом видео с камер видно, как мужчина выходит за женщиной из магазина и увязывается следом. 

«Я открываю домофон ключом и хочу забежать в подъезд в надежде, что он не пойдет дальше, но он за мной, — говорит Елена. — Я не знаю, что мне делать, и теперь уже пытаюсь снова выйти на улицу, чтобы его вытолкнуть. Он силой заталкивает меня в подъезд. Прошу его уйти.

Он говорит, что сейчас за ним милицейский „бобон“ с друзьями подъедет, и он уедет. Я ему говорю, что если он сотрудник полиции, то тем более себя нельзя так вести. Возможно, эта фраза его вывела из себя.

Он окончательно затащил меня в подъезд, с силой ударил кулаком в лицо, потом схватил спереди за шею и стал бить головой о стену и металлический шкаф. Потом он остановился на какое-то время, а затем схватил за волосы и пытался меня головой в пол наклонить. Все было в крови.

Когда начала задыхаться из-за ворота куртки, до меня дошло, что надо кричать. Соседка услышала и дверь открыла. Он видимо испугался и убежал. При этом угрожал, мне, повторяя что-то вроде: „Ты меня не видела, поняла?“»

Следы крови в подъездепострадавшая

Елена, вся трясясь, поднялась домой, где спал ее 11-летний ребенок, закрылась и до утра не могла прийти в себя. Затем уже 6 ноября обратилась с заявлением в полицию и скорую. Сняла побои.

У женщины диагностированы сотрясение мозга, ушибленные раны головы и лица, подозрение на перелом челюстно-лицевой кости, смещение шейных позвонков.

 Ее тошнит, при ходьбе кружится голова.

Заявление Елены о причинении ей травм приняли и зарегистрировали, но ни на опрос, ни на осмотр места происшествия ее не вызывали.

Женщина сама через знакомых в магазине запросила видео с камер наблюдения и отнесла его в полицию, указав, какой человек ее избил — его, по словам пострадавшей, хорошо видно на камерах.

Мужчина в военном берете стоит в магазине до нее, потом выходит, далее заходит уже следом за ней и за ней же выходит и идет по тропинке. 

«Позже мои родным позвонили и сказали, что этот человек — сотрудник полиции, — говорит Елена. — Потом позвонил он сам и предложил встретиться и все уладить. Хотел, видимо, все тихо замять. Я отказалась. Теперь он всем говорит, что это не он».

Елена поспрашивала у знакомых, что это за полицейский. Оказалось, что ему 23 года. Зовут его Юрий Острожнюк. Он носит звание сержанта, служит полицейским-водителем дежурной части межмуниципального отдела МВД «Чебаркульский», учится на юриста. Как указано в соцсетях Острожнюка, он — мастер спорта по кикбоксингу. 

Мы связались с Юрием Острожнюком по телефону, с которого он звонил потерпевшей (скриншот входящего звонка от 8 ноября 2019 года на телефон Елены имеется в распоряжении Znak.com). Приведем диалог.

— Вы согласны с обвинениями в том, что избили женщину?

— Не согласен. Я никого не бил. 

— Но вы же были в том магазине и потом пошли за ней?

— Нет, девушка ушла, а я остался. Я ничего не видел и не знаю.

— Вы оказывали ей какие-то знаки внимания?

— Нет.

— Вы являетесь действующим сотрудником полиции?

— Да.

Вместе с тем, судя по записям с камер, именно человек в берете пошел следом за Еленой из магазина по дорожке вправо. Остался около магазина другой мужчина — в светлой куртке.

«По данному факту назначена служебная проверка, в случае установления вины сотрудник полиции будет привлечен к ответственности в соответствии с законом», — прокомментировали в пресс-службе ГУ МВД по Челябинской области.

В ближайшее время Елена намерена подать заявление в управление собственной безопасности полицейского главка, а также следственный комитет.

Источник: https://www.znak.com/2019-11-11/na_yuzhnom_urale_zhenchina_obvinila_policeyskogo_v_presledovanii_i_zhestokom_izbienii

Напал со спины и ударил в шею: полицейского зарезали в нескольких метрах от УВД

Что делать,если на меня напал сотрудник полиции?

Разъяренного студента удалось остановить лишь серией выстрелов. Майор полиции Нижнекамска погиб

Вся республика шокирована кровавой трагедией, которая сегодня утром произошла в Нижнекамске. 19-летний студент колледжа с кухонным ножом в руках напал на сотрудника полиции.

Отбиться 33-летнему Динару Саматову не удалось.

Сделав черное дело, нападавший якобы начал выкрикивать экстремистские лозунги и попытался убить и участкового, подоспевшего к месту событий, но тот открыл огонь на поражение. Мотивы нападавшего пока не известны.

Вся республика шокирована кровавой трагедией, которая сегодня утром произошла в Нижнекамске. 19-летний студент колледжа с кухонным ножом в руках напал на сотрудника полиции Регина Макасина

Громкое ЧП со смертельным исходом произошло сегодня в Нижнекамске. Трагические события развернулись в нескольких метрах от изолятора временного содержания Нижнекамска, который находится недалеко от городского УВД.

Утром в ИВС приехал сотрудник полиции Юрий Рандошкин. Он должен был конвоировать задержанного. На проходной к нему подбежала женщина. Как сообщает Telegram-канал Mash, она сказала, что на улице кто-то дерется, и попросила вмешаться.

 Как будет установлено позже, за несколько минут до этого за воротами УВД курил другой сотрудник полиции — Динар Саматов. К нему подошел прохожий, между мужчинами якобы завязалась перепалка.

Неизвестно, что именно они наговорили друг другу, но через пару минут прохожий вернулся и со спины напал на курившего Саматова. Отбиться от ножевых ранений в шею полицейскому не удалось, хотя на кадрах с камеры регистратора проезжавшей машины видно, что он пытался.

На другом опубликованном в социальных сетях ролике видно, как тело Саматова лежит у пешеходного перехода.

Примерно в это же время на крики прибежал сотрудник Рандошкин. Он достал табельное оружие. Неизвестный мужчина, только что зарезавший Саматова, бросился с ножом и на него. По версии Mash, мужчина сопровождал «набег» экстремистскими выкриками. Официально силовики эту информацию не комментируют.

На первый выстрел нападавший не отреагировал. Рандошкину, как можно понять по видео, пришлось бежать. Несмотря на это, он продолжил стрельбу. Одна из пуль, попавшая в грудь, все-таки остановила нападавшего.

Саматов скончался по пути в больницу. Следственный комитет возбудил дело по факту посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК РФ), однако единственный на данный момент фигурант дела уже мертв.

Сотрудник полиции Динар Саматов скончался по пути в больницу .com

Через несколько минут после происшествия здание УВД города оцепили со всех сторон, место трагедии огородили лентами, а по периметру стояли сотрудники полиции. Улицу Юности, на которой располагается управление, перегородили. Об этом сообщил корреспондент «БИЗНЕС Online», прибывший на место событий.

Поперек дороги на данный момент расположена полицейская машина, из которой периодически выходит сотрудник полиции и машет жезлом подъезжающим машинам — водители авто вынуждены разворачиваться. Пропускают лишь городские автобусы.

Там же находится машина реанимации, из которой время от времени выходят покурить сотрудники скорой помощи.

На месте убийства работают криминалисты. Рядом с ними можно заметить начальника управления МВД РТ по Нижнекамскому району Владимира Ветлугина, начальника полиции Айнура Камалова.

Мужчины, собравшись в круг, что-то обсуждают. Поодаль, не расставаясь с телефоном, ходит прокурор города Ольга Купова. Подойти к ключевым силовикам возможности нет, те слишком далеко за оцеплением.

На место выехало и руководство МВД — замминистра внутренних дел по РТ Павел Серов.

Сотрудники полиции, которые дежурят вокруг оцепления, немногословны. На все вопросы корреспондента полицейские отвечают лишь «не знаю», «не слышал». Один из них, не выдержав, бросает: «А вы в соцсетях почитайте, там лучше знают». В сети же тем временем обсуждают версии произошедшего. Одна из них, которую впоследствии опровергли в МВД, о том, что нападавший сбежал из ИВС.

Больше всего комментаторов беспокоит личность нападавшего. Судя по видео, он небольшого роста. «10 раз уже пересмотрела. Это что, там ребенок напал на полицейского?» — такого рода сообщениями пестрит обсуждение произошедшего в соцсетях.

Личность и мотивы нападавшего пока не раскрываются, но через несколько минут после ЧП в социальных сетях появилась фотография преступника. Молодой брюнет, на вид до 25 лет. Под слоем крови виднеется борода и характерная для уроженцев кавказских республик густая сросшаяся бровь. Одет он был в зеленую спортивную футболку и куртку. С собой у него был рюкзак.

Погибший полицейский Саматов был в соцсети «ВКонтакте» последний раз сегодня в 5 утра. На главной фотографии со страницы он обнимает свою жену. Они вместе с 2012 года. В августе 2019-го Саматову должно было исполниться 34 года.

Кроме службы он, судя по социальным сетям, интересовался ставками на спорт — в основном подписан на новости страниц букмекерских контор. По некоторым данным, Саматов дослужился до майора полиции.

Рандошкину, остановившему преступника, 31 год. Он участковый уполномоченный в звании старшего лейтенанта полиции. Судя по открытым источникам, в 2010 году окончил Новороссийский институт — филиал Московского гуманитарно-экономического университета. 

В 2013 году о полицейском писала ведомственная газета «Особый Менталитет», про коллегу рассказывал руководитель Рандошкина Арслан Курамшин: «Парень хороший, работает с желанием, добросовестно, за короткое время хорошо изучил свой участок — что немаловажно, он там и живет. По-моему, знает толк в преемственности и старается сохранить наработки предшественника с общественным активом, старшими по подъездам, с жильцами, обращающимися к нему за помощью или содействием, — реагирует незамедлительно и в случае нарушения правопорядка принимает меры».

Источник: https://www.business-gazeta.ru/article/417888

«А вы кто?» — «А что, не видно?» Что за анонимы в форме проводят задержания на митингах | ОВД-Инфо

Что делать,если на меня напал сотрудник полиции?

При задержании на митинге простая просьба «представьтесь и покажите ваши документы», обращенная к сотрудникам полиции, отнюдь не всякий раз встречает у них понимание.

Хотя, казалось бы, правила прозрачны: во-первых, «на форменной одежде сотрудника полиции, несущего службу в общественных местах, размещается нагрудный знак, позволяющий идентифицировать сотрудника полиции», во-вторых — «при обращении к гражданину сотрудник полиции обязан назвать свои должность, звание, фамилию, предъявить по требованию гражданина служебное удостоверение, после чего сообщить причину и цель обращения». Закон «О полиции» недвусмысленно обязывает сотрудников не скрывать ни жетонов, ни имен, ни документов.

Полицейский — официальное лицо, его нагрудный знак — первый и самый очевидный способ опознать в том, кто говорит «Пройдемте», человека, с которым возможно взаимодействовать на понятных условиях, ясно описанных в действующем законодательстве.

Это формальная гарантия того, что человек, производящий задержание и, возможно, применяющий при этом силу, имеет основания и право так поступать, не превышает полномочий — и не превысит полномочий в дальнейшем.

Но люди в форме без нагрудных жетонов, имен и документов, осуществляющие (зачастую незаконно) задержания на массовых мероприятиях, не опознаются как полицейские, а следовательно, поведение их непредсказуемо и логично воспринимается как угроза (и органы охраны правопорядка не делают ничего для того, чтобы рассеять это нелестное впечатление).

В последнее время задержанные на массовых мероприятиях то и дело сообщают, что люди, производившие задержание, нагрудные знаки скрывали (или просто не имели никаких нагрудных знаков).

Понять, что эти люди находятся в позиции власти и имеют право предъявлять некие требования к гражданам, можно разве что по их форме, которую не всем легко опознать.

(Еще эти люди, конечно, транслируют позицию власти на словах, и »соблюдать и уважать права и свободы человека и гражданина» им при этом удается отнюдь не всегда.) В конечном итоге о тех, кто производил задержание, достоверно известно только одно: они были в форме, похожей на полицейскую.

  • Ко мне подошли два человека в форме сотрудников полиции без жетонов, не представившись, с требованием предъявить документы, что мною и было сделано. (9 мая 2018 г., Тула)
  • Иду я по 50 лет Октября, с одной руки веду трансляцию в «Перископ», в другой несу Конституцию РФ. Начинается гул, я пробираюсь посмотреть, и тут на меня внезапно набрасывается ниндзя с погонами. Естественно, он не представился и не сказал, что вообще происходит. (12 июня 2017 г., Благовещенск)
  • Через три минуты на меня неожиданно сзади напали неизвестные в бронежилетах, касках и, с применением грубой физической силы, заломали руки за спину и без каких бы то ни было объяснений, не представившись, повели меня из центра Марсового поля. На мои просьбы представиться и объяснить, за что меня задерживают, объяснений не дали. Их нагрудные знаки полицейских были закрыты, ФИО и должности не сообщили, установить личности не удается. (12 июня 2017 г., Санкт-Петербург)
  • 26 марта около 16:30 какие-то люди в костюмах сотрудников полиции скрутили меня у выхода из метро «Чеховская». Противоправных действий я не совершал, законных причин для задержания не было, оно прошло с многочисленными нарушениями ФЗ «О полиции» (не представились, не назвали основание для задержания, не предупредили о применении физической силы, применили физическую силу без законных оснований). (26 марта 2017 г., Москва)
  • Нас окружили полицейские, и один из них сказал проследовать в специальный автобус. Никто мне не представлялся и никто не объяснял причину этого требования. (11 ноября 2016 г., Химки)

Если задержанные просят представиться, сообщить номер жетона, показать документы — проще говоря, соблюсти закон, — эти предположительные сотрудники правоохранительных органов нередко реагируют несерьезно: игнорируют, насмехаются или отвечают не слишком завуалированными угрозами.

  • Несколько раз я спрашивал, почему меня задерживают, в ответ меня били и орали: «Заткнись, @%ь! Язык вырву!» (26 марта 2017 г., Москва)
  • Где-то в это время ко мне подошел чувак в форме полицейского и спрашивает, чем я тут занимаюсь. Я у него спрашиваю: «А вы кто?» Он говорит: «А что, не видно?» (8 июля 2017 г., Москва)
  • Зашла в автобус после долгих препирательств. Желала услышать фамилии людей, меня укравших с этого праздника жизни. В ответ прилетела угроза: «Девушка, вы что хотите, чтобы мы вас скрутили?» (12 июня 2017 г., Санкт-Петербург)

Затем, уже при составлении протоколов в ОВД, если задержанный хочет зафиксировать, что задержание происходило с нарушением закона «О полиции», временами приходится преодолевать сопротивление, а в результате все то же: не предъявляются ни жетоны, ни документы.

  • В участке я попросил сотрудников полиции представиться, показать свои служебные удостоверения в соответствии с законом о полиции, так как я намеревался обжаловать их действия. Этого сделано не было. (Март 2016 г., Иваново)

То же самое периодически происходит и при обысках — в дома и офисы врываются некие люди, не предъявляющие никаких документов, не имеющие нагрудных знаков и не всегда в форме.

  • Я не видела, чтобы предъявляли какие-то документы об обыске, по какому делу, кто и по какому праву врывается в наш дом. Ни единого документа несмотря на то, что я спрашивала много раз у разных людей. (Обыск и задержание Святослава Речкалова, 14 марта 2018 г., Москва)
  • Сотрудница полиции отказывается представляться и предъявлять жетон, ссылаясь на то, что ОНА ЕГО ЗАБЫЛА. (Обыск в штабе Навального, 7 марта 2018, Санкт-Петербург)

Сотрудник одного из московских УВД, которого мы попросили объяснить, что происходит и почему, признал, что подобное поведение сотрудников полиции нарушает закон, но отнесся к этому скорее философски и улучшения ситуации не прогнозировал:

— Почему это происходит, может ответить только тот, кто их (сотрудников полиции — ОВД-Инфо) туда посылает. Аналогичная ситуация была с казаками, которые в последний раз там (на Пушкинской площади — ОВД-Инфо) отличились. То же самое: люди непонятные, без жетонов, непонятно в какой форме, кто такие?

А в полиции существуют какие-то внутренние представления о том, что сотрудникам просто не надо предъявлять документы при задержаниях на массовых мероприятиях?

— Нет. Если [сотрудник] в форме, он обязан представиться и показать документы. Если они не представляются, — это, понятно, нарушение, не обсуждается.

Если заламывают руку [при отсутствии сопротивления] — это непонятная ситуация абсолютно. При спецоперациях, если они в ОМОНовской форме, с дубинками, при всей амуниции — тогда они не представляются.

У них особый случай, особое распоряжение по этому поводу, и они работают очень жестко.

А в ситуациях несогласованного мероприятия объявляется режим спецоперации?

— Ничего подобного. Это мы говорим про какие-то чрезвычайные ситуации. Допустим, есть разработка каких-то бандитов и мы знаем, что они вооружены.

Но тут-то ситуация «мирные граждане собрались на Пушкинской площади». Мирно, без оружия, 31-я статья Конституции. Не очень понятно, с чего бы спецоперация.

— Ну, сотрудники, наверное, уже расслабились и привольно себя вели, считали нужным не представляться, не показывать документов. Может, и была спецоперация, но кто вам что скажет? Если была, [сотрудник] не обязан вам представляться.

То есть с одной стороны, было нарушение, с другой стороны, его, возможно, и не было. …У каждого своя жизненная позиция, я все это прекрасно понимаю, в одной стране живем.

Но если вы придерживаетесь какой-то позиции, сейчас все это будет достаточно сильно и жестко пресекаться.

После массовых акций, когда задержания ставятся на конвейер и добиться от сотрудников полиции соблюдения закона особенно сложно, имена тех, кто задерживал, если и выясняются, то окольными путями и не сразу.

Нередко случается это только в суде, когда привлекаемый к административной ответственности наконец получает возможность ознакомиться с материалами дела и узнает много нового о себе и своем поведении из рапортов людей, якобы его задержавших и подписавшихся некими фамилиями и должностями, которые он видит впервые в жизни.

  • В протоколах написано, что меня задержали два омоновца 1993 и 1994 года рождения. Но меня задержал один высокий усатый за сорок — и свидетель это подтвердит. (12 июня 2017 г., Москва)

И на рапортах никому не знакомых полицейских — написанных под копирку документах, под которыми стоят подписи, вызывающие серьезные вопросы, — судьи строят потом свои решения по административным делам участников публичных мероприятий и пишут в постановлениях, что показания привлекаемых опровергаются в том числе этими рапортами, «ставить под сомнение которые оснований не имеется». А если при задержании протоколы не составлялись и не заводилось дело, полицейские, осуществлявшие задержание, так и остаются безымянными.

Впрочем, юристы, к которым ОВД-Инфо обратился с просьбой прокомментировать такое положение вещей, скорее склоняются к мысли, что хотя полицейские безусловно обязаны представляться, отказ это делать — наименьшая из существующих проблем.

А если даже рапорты в административных делах задержанных подписаны полицейскими, это не означает, что полицейские и производили задержание, — задерживать вполне могла Росгвардия (что, заметим, усложняет задачу мирного гражданина, собравшегося на публичное мероприятие: выходит, ему нужно научиться распознавать и различные покрои формы, отчего, впрочем, данных о том, кто именно его задерживал, у него особо не прибавится).

«В законе „О полиции“ требование носить жетон есть, в законе „О войсках национальной гвардии“ этого нет, — поясняет юрист Московской Хельсинкской Группы Александр Передрук. — Сотрудники Росгвардии вообще не обязаны носить жетоны — закон их не обязывает. У них должна отличаться форма.

Сотрудники Росгвардии одно время носили ОМОНовскую форму, а сейчас у них должна быть нашивка „Росгвардия“ и так далее. У них свое служебное удостоверение. И, кстати говоря, в отличие от полицейских, они и удостоверение не обязаны демонстрировать — не только в случае, когда человек к ним подошел, но и когда они человека задерживают.

Такая дифференциация в законе. Полная анонимность при общении с гражданами.

Сейчас — по крайней мере, в Петербурге — людей на публичных мероприятиях очень часто задерживает не Росгвардия, а именно полицейские.

Но если речь о публичных мероприятиях, нужно понимать, насколько задержание необходимо и насколько есть возможность представиться и объяснить причину задержания.

Я думаю, ни для кого не секрет: если полицейские проводят спецоперацию, они не будут бежать за подозреваемым и кричать ему вслед: „Меня зовут прапорщик Иванов!“ Обычно они ограничиваются тем, что все объясняют в мегафон.

Но вообще массовые задержания последних двух лет в целом объективно неадекватны. Как правило, происходят мирные, никому не мешающие публичные мероприятия, нет никакой необходимости задерживать, и когда мы говорим, что полицейские должны представляться при задержаниях… Ну, наверное, должны.

Но когда у нас есть труп, важно ли, что у него болел палец? Тут то же самое. С одной стороны — серьезные нарушения: сам факт задержания, все дальнейшие процессуальные аспекты; с другой — просто тот факт, что полицейские не представляются. Имеет ли это ключевое значение — большой вопрос.

Тут можно судить в категориях „политически мотивированный“ (или наоборот) либо „обоснованный/необоснованный“. Я склоняюсь к тому, чтобы оценивать, насколько действие обосновано. При необоснованных задержаниях понятно, почему они не представляются. Им, по сути, дан карт-бланш на все действия.

Они могут бить людей дубинками, хотя федеральное законодательство четко и вполне однозначно запрещает применение спецсредств в отношении лиц, которые задержаны на публичном мероприятии (ну, за некоторыми исключениями).

Если, как 5 мая или 12 июня, полицейский (не представившись) может задержать людей и побить их дубинкой сегодня, почему он не может сделать это завтра? Это входит в привычку. Сегодня разрешили — значит, и завтра разрешат.

И это имеет отложенный эффект: чем больше мы им позволяем каждый раз, тем они больше будут это делать. И нет никакого контроля со стороны других правоохранительных органов.

Прокуратура молчит — она ни разу не дала, например, оценку законности применения спецсредств. Суды в лучшем случае занимают выжидательную позицию, но, как правило, просто отказываются признавать незаконными те или иные действия полицейских.

И эффект у такого карт-бланша, к сожалению, только негативный».

Адвокат Московской коллегии адвокатов, правовой эксперт Анастасия Саморукова отмечает, что если у людей, производивших задержание, не было жетонов, с немалой вероятностью это были сотрудники не полиции, а Росгвардии: «Как с этим быть, я пока не знаю.

Вроде бы задерживают сотрудники Росгвардии — там иногда не то что фамилию не увидишь, там и лица порой не видно, потому что они могут быть в этих своих космонавтских шлемах.

Да, подходят, берут сзади, не представляются, тащат куда-то, а потом в материалах дела появляются рапорты, которые суд признает допустимыми доказательствами.

Хотя зачастую бывало так, что в суде, например, если в виде исключения вызывали сотрудников, составивших рапорт, те не могли сказать, кого задерживали, потому что просто не помнили, либо говорили по написанному: мол, я тогда написал — вот так оно и было. „А почему у вас все рапорты совершенно одинаковые, слово в слово?“ — „Ну, потому что ситуация была одинаковая“. И суд считает, что это нормально.

Понимаете, возмущаться, потому что они не представились, уже просто смешно. Возмущаться надо потому, что они вообще не имеют права задерживать мирных людей, которые никому не причинили вреда.

Конечно, это тоже проблема, сотрудники полиции обязаны представиться, но в данной ситуации, при нынешнем комплексе нарушений прав… Право на свободу собираться мирно, без оружия настолько попрано, что если они еще и не представляются, когда нас задерживают… Ну, о’кей, не представляются. Когда мы решим все проблемы, будет, конечно, здорово, но я бы начинала не с этого».

Источник: https://ovdinfo.org/articles/2018/05/26/vy-kto-chto-ne-vidno-chto-za-anonimy-v-forme-provodyat-zaderzhaniya-na-mitingah

СтражЗакона
Добавить комментарий