Меня выселили на кухню

Как выселить квартирантов из коммуналки

Меня выселили на кухню

Добрый вечер всем!

Благодаря вашим лайкам сегодня у меня появилась возможность добавить на один пост больше. Но так как основной пост еще не готов, а этот давно лежит «в столе», встречайте…

Жизнь в коммунальной квартире – это, в первую очередь, взаимоотношения с соседями. Я решила строить отношения со своими соседями, основываясь на нормах права. И одна из первых проблем, с которыми мне пришлось столкнуться, – это квартиранты. Мы были изначально против, чтобы кто-то из соседей заселял квартирантов.

Причины:

• халатное отношение к имуществу, которое не является их собственностью (они-то поснимают комнату и съедут, а нам жить в том хламежнике, который они разведут);

• теоретически – воровство;

• все время новые лица, со своими тараканами в голове;

• отсутствие в квартире других хозяев негативно сказывается на состоянии жилья.

В нашей квартире три комнаты: две в собственности и одна в соцнайме.

Из жильцов – живем только мы. Соседи почему-то свято уверены, что имеют полное право сдавать свои комнаты в аренду. Они даже «консультировались у адвокатов»! Не знаю, где люди находят таких необразованных адвокатов, но законодательство однозначно говорит о том, что квартирантов в коммунальных квартирах быть не должно.

С соцнаймом все понятно – ЖК РФ, статья 76. 2 гласит: «Для передачи в поднаем жилого помещения, находящегося в коммунальной квартире, требуется также согласие всех нанимателей и проживающих совместно с ними членов их семей, всех собственников и проживающих совместно с ними членов их семей».

То есть если я говорю: нет, я против квартирантов, живите сами, то все, по закону они квартирантов не заселят. Если решат проигнорировать и все-таки приведут квартирантов, то у меня будет полное право защищать свое жилье, руководствуясь тем, что в помещении посторонние. И полиция, и суд будут на моей стороне.

С собственниками квартир посложнее. Тут требуется понимание полной картины ситуации и применение нескольких законодательных норм.

1. Во-первых, нужно понимать, что кухня, коридоры и санитарные помещения в коммунальной квартире являются общим имуществом. Об этом говорит ЖК РФ, ст.41.1: «Собственникам комнат в коммунальной квартире принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данной квартире, используемые для обслуживания более одной комнаты (далее – общее имущество в коммунальной квартире)».

2. Поэтому на эти помещения распространяются правила пользования общим имуществом в коммунальной квартире и тут уже применима ГК РФ, ст. 246.1: “Распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников”.

Таким образом, не имея согласия на пользование общими площадями, собственники комнаты имеют право сдавать комнату, но не могут сдавать общие помещения коммунальной квартиры. А т.к.

пользоваться комнатой невозможно без использования общего имущества, то квартирантов поселить не получится.

Если вы оповестите соседей о вашем категорическом несогласии с проживанием арендаторов в коммунальной квартире, а они решат пренебречь данными доводами и сдать комнату арендаторам, они попадают под действие УК РФ, ст.

330: “Самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, – наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев”. Об этом тоже можете заранее оповестить упертых соседей.

Еще нюансы. Конечно же, соседи, которые захотят сдать комнату, просто так не отступят. Могут быть расставлены следующие логические ловушки на вас:

1. «Ну вот как вам лучше – чтобы с вами жила шумная ватага мужиков с ближнего зарубежья или одна старушка-божий одуванчик». Правильный ответ – я вообще против ЛЮБЫХ квартирантов. Если сделаете выбор, могут расценить как ваше согласие.

2. «Ну вот что для вас лучше –мы сюда впятером заселимся или одна старушка-божий одуванчик». Тут уж смотрите сами. Меня уже год пугают вселением собственника с толпой родственников, но пока никто не вселился. Да и где им там разместится на 12 квадратных метрах.

То, что хозяева пустых комнат вынуждены платить за услуги ЖКХ (мне и такое пытались предъявить, типа «И что – я должна теперь за пустую комнату коммунальные платить?»), это вообще не ваша проблема.

Когда я только-только подняла этот вопрос, то обнаружила, что куча форумов и юридических порталов в один голос говорит о том, что собственникам комнат в коммуналках можно сдавать в аренду комнаты. Они аргументируют свое мнение чаще всего статьей 42 ЖК РФ: «3.

Доля в праве общей собственности на общее имущество в коммунальной квартире собственника комнаты в данной квартире следует судьбе права собственности на указанную комнату». Однако, это ни в коем случае не означает: раз могу сдавать комнату, могу сдавать и общие площади.

Для каких случаев написана эта часть статьи 42 – я не знаю, но для вопроса аренды квартиры не подходит однозначно. Это видно по судебной практике вопроса – суды удовлетворяют прошение о выселении квартирантов.

Всем адекватных соседей, отдельного жилья и побольше квадратных метров!

Источник: https://pikabu.ru/story/kak_vyiselit_kvartirantov_iz_kommunalki_4583632

Потерять квартиру из-за долга в 3 млн. Репортаж о том, как выселяют неплательщика коммунальных услуг

Меня выселили на кухню
Понедельник, 10 утра. Во дворе по улице Чкалова в Минске никого нет. Из одного подъезда время от времени выглядывает небритый молодой человек. Он задолжал 3 миллиона за “коммуналку” и с минуты на минуту ждет судебных исполнителей, которые опишут имущество, и работников ЖЭСа, которые помогут вынести его из квартиры.

Как выселяют неплательщика коммунальных услуг – в репортаже FINANCE.TUT.BY.В день и час, на который назначено выселение, в квартиру к должнику стучится большая компания. Судебные исполнители должны описать имущество, работники ЖЭСа – вынести его из квартиры, а юристы ЖРЭО проконтролируют ход исполнения судебного решения.

На случай, если хозяин квартиры не захочет открывать незваным гостям или проявит буйство характера, на выселении должен присутствовать участковый.
 
Дверь открывается после первого же звонка. Квартира встречает застарелым запахом табака, к которому через пару минут привыкаешь.

Свет полгода, как отключен, и санузел тонет в полумраке, но сколотую эмаль ванной и черную грязь на ободке унитаза разглядеть можно. В комнате все перевернуто вверх дном: в центре полуразобранный диван с наваленной сверху одеждой, рядом на стуле громоздкий ЭЛТ-монитор. “Какой у вас телевизор!” – говорит работница ЖЭСа, которая помогает выносить вещи.

Возле своего нехитрого скарба равнодушно стоит главный герой трагедии – Виталий Сергеевич Уткин. На все происходящее он реагирует с хмурым спокойствием. Соглашается поговорить при условии, что его не будут фотографировать.
 

– Как я себя ощущаю? Я в шоке. Я только в среду узнал, что меня выселяют. Долг небольшой, всего 3 миллиона. Если бы ситуация вовремя решилась, я смог бы эти деньги выплатить. Я на работу как раз устроился. А выселяют потому, что я на суды не ходил. На хозяйку этой квартиры, матушку мою, присылали повестки. Я говорил, что мама здесь не живет, и все. Ну и что, что приходят повестки? Мать же бомжует и крадет, откуда я знаю, почему ей повестки приходят? – раздражается он.В пересказе юристов история Виталия Уткина выглядит несколько по-другому.

– В данном случае мы выселяем по ст. 86 Жилищного кодекса, за 6-месячную задолженность по коммунальным услугам. Сначала его письменно предупреждали о том, что нужно оплатить, но человек не получает почту, – объясняет Вероника Купреенко, юрисконсульт РСЦ ЖРЭО Октябрьского района.
 

Статья 86 Жилищного кодекса Республики БеларусьНаниматель жилого помещения государственного жилищного фонда и проживающие совместно с ним члены его семьи, имеющие без уважительных причин шестимесячную задолженность по плате за жилищно-коммунальные услуги и плате за пользование жилым помещением, подлежат выселению в судебном порядке с предоставлением им другого жилого помещения, по общей площади менее занимаемого жилого помещения и (или) уступающего ему по своим потребительским качествам.
– Это служебная квартира. Договор найма жилого помещения заключен с его матерью – нанимателем. Он здесь проживает со статусом “член семьи”. В соответствии с Жилищным кодексом наниматель и члены семьи несут солидарную ответственность по оплате коммунальных услуг. Если она не платит, то должен платить он, – добавляет юрисконсульт ЖРЭО Октябрьского района Руслан Бернадский.
 

– У него было много времени заплатить: предупреждения начали отправлять еще в январе. Они отправлялись на имя его матери.

В марте был подан иск в суд, который неоднократно извещал ответчиков судебными повестками о дате и времени рассмотрения дела.

Повестки направлялись и на имя его матери, и на его имя, поскольку в качестве ответчиков они выступают вдвоем. В одной повестке он расписался о получении, – заканчивает Вероника Купреенко.
 

То есть Виталий был в курсе, что над ним идет суд, но ни на одно заседание не явился. Результат – выселение из квартиры из-за смешного долга в 3 миллиона рублей. Хотя едва ли она пригодна для жизни. Пока хозяин  молча и быстро выносит вещи, мастер из ЖЭСа описывает санитарно-техническое состояние жилья.
 

– У меня нормальных слов нет, как так можно? – восклицает она, заходя на кухню.
 

Тут возится девушка Виталия Ольга Бондарева. После отключения света Уткин жил по большей части у нее. Ольга тоже собирается молча, но время от времени глубоко вздыхает. Кажется, переезжать ей еще тяжелее, чем Виталию.
 

– Ужасно себя чувствуем, – говорит она с расстроенным видом. – Для него это был полный сюрприз, он не ожидал выселения. Хотел поговорить с судьей, чтобы получить отсрочку и за месяц все выплатить. Я не уследила, чтобы он заплатил. Я ему говорила-говорила, он отмахивался, мол, хорошо-хорошо. Все никак не получалось, наверно…

Перед подъездом уже образовалась внушительная куча вещей. Центральное место занимает холодильник. Работники ЖЭСа грузят имущество Уткина в трактор с прицепом, специально пригнанный на выселение: должники не всегда организуют транспорт сами. Глядя на “жэсовцев” в зелено-оранжевых робах, рядом останавливается соседка.

– Знаю, как не знать, – отвечает женщина на мой вопрос. И выкладывает все сплетни про Виталия Уткина: – Родители были алкаши, бросили их. Мальчик был в детдоме, у сестры пятеро детей. Они получили где-то квартиру как многодетная семья, а он здесь остался.

Наверное, лупит свою девицу…Через час у Виталия появятся новые соседи – жители одного из домов по улице Казинца. Помещением менее занимаемого, в которое переселяют неплательщика ЖКУ, стала опрятная комната в двухкомнатной квартире с общей кухней.

– Здесь жила бабушка, ее дети умерли.

Ее саму куда-то переселили, это еще при моем предшественнике было. В общем, сейчас квартира выделена для переселения должников, – говорит директор ЖЭСа, вручая ключи.
 

Железная дверь, стеклопакеты на окнах – если по метражу Виталий Уткин и проиграл после выселения, то по качеству ремонта точно выиграл. Судебные исполнители говорят, что обычно так и происходит: должников, которые запустили одну квартиру, переселяют в другую, чистую и аккуратную. Виталий не кажется очень расстроенным, но своему угрюмому виду не изменяет.
 

– Посмотрим, – бросает он на вопрос, нравится ли ему новая квартира.

Начальник юридического отдела УП “ЖРЭО Заводского района Минска” Алексей Капустин говорит, что выселение из квартиры из-за относительно небольшой суммы происходит нередко.
 

– Законодательством не предусмотрена минимальная либо максимальная сумма задолженности. Установлен период задолженности (6 месяцев), при наличии которого у ЖРЭО возникает право обратиться с иском в суд о выселении по ст. 86 Жилищного кодекса. При этом начисления по комнате на общей кухне иногда не превышают 60 тысяч в месяц, или 360 тысяч за полгода.

Суды не настроены на то, чтобы переселять неплательщиков ЖКУ. По словам Алексея Капустина, крайние меры применяются только к 2-3% должников, остальные все-таки находят деньги. Рассмотрение дела может длиться до полугода, и в это время человек оплачивает долг.
 

Существуют особо злостные неплательщики, которые игнорируют “жировки” годами, но выселить их очень сложно. Обычно это неблагополучные семьи, дети находятся в интернатах. К примеру, в Заводском районе, где общая задолженность составляет 122 миллиона рублей, на такие семьи приходится 55,5 миллиона.
 

– У нас рекордный долг – 14 миллионов. Это семья, у которой трое детей в интернате и 79 месяцев неуплаты. К таким людям сложно применять какие-то меры: если ребенок помещен в интернат, квартира закреплена за ним, и любые операции с ней запрещены. Выселить его родителей-должников в квартиру с меньшей площадью, чем занимаемая, мы не можем. Надеемся, что постановление Совмина № 433, принятое 31 мая 2013 года, облегчит нам жизнь. В нем говорится, что если вселение ребенка из интерната в квартиру невозможно, то его ставят на отдельный учет нуждающихся в улучшении жилищных условий. А родителей-должников мы в таком случае можем выселять.

Цифры

5,3 миллиарда – просроченная задолженность за жилищно-коммунальные услуги по Минску (1 августа 2013 года)

21 165 лицевых счетов с просроченной задолженностью (1 августа 2013 года)
33 228 предупреждений на отключение коммунальных услуг (январь-август 2013 года)
8313 жилых помещений, в которых были отключены коммунальные услуги (январь-август 2013 года)
57 исков подано на выселение (переселение) неплательщиков (январь-август 2013 года)
3 неплательщика переселено по ст. 86 Жилищного кодекса (январь-август 2013 года)

Источник: https://finance.tut.by/news369373.html

Почему жильцов дома на Лермонтова, 277 выселяют через суд

Меня выселили на кухню

Дом на Лермонтова, 277 построили в 1982 году и передали в ведение управляющей компании Сибирского отделения Российской академии наук (ФГУП «ЖКХ ИНЦ СО РАН»). Работники академии получили там комнаты и спокойно жили до 2017 года пока не узнали, что их выселяют через суд.

Дело в том, что в 2016 году управляющую организацию признали банкротом. Областной арбитражный суд обязал Росимущество в течение 30 дней принять от ЖКХ ИНЦ СО РАН жилые объекты, которые были переданы ей ранее. Среди них и оказался дом № 277.

Так начались проверки законности проживания людей в этом доме. Девять человек не смогли подтвердить свое право на комнату, и представители ЖКХ ИНЦ СО РАН подали в суд с требованием выселить их. Основания разные: утрата права пользования жильем из-за увольнения из СО РАН или смерть родственников, когда-то получивших ордера.

Суд удовлетворил иски и постановил выселить, но с предоставлением других помещений. Однако люди утверждают, что предлагаемые к переселению помещения нежилые или обременены правами третьих лиц. Законной перепланировки или перевода нежилых помещений в жилые при этом не производилось. Между тем жильцов просят освободить комнаты в течение 30 дней.

За помощью и защитой от выселения люди обратились к депутатам городской думы. Чтобы разобраться в ситуации, жильцы, представители власти и местного отделения Академии наук встретились на площадке УК «Прогресс», которая с 2017 года управляет домом на основании договора. Директор «Прогресса» Александр Сафронов вспоминает: когда люди узнали о предстоящем выселении, началась настоящая паника.

— Жильцы звонили нам, думая, что это мы их выселяем. Но выселением занимается ЖКХ СО РАН. Мы отвечаем за содержание и текущий ремонт дома согласно договору, заключенному с муниципалитетом на три года. Мы тоже хотим разобраться в ситуации, — подчеркнул он.

В небольшой комнате собралось много людей. За столом — конкурсный управляющий Владислав Деменчук, директор УК «Прогресс» Александр Сафронов, глава Свердловского округа Антон Медко и представитель одной из организаций СО РАН Сергей Олемской. Жильцы дома заняли свободные места, кто-то встал возле входа, кто-то поближе к представителю власти.

Разъяснить сложившуюся ситуацию взялась юрист УК «Прогресс» Юлия Агафонова. Она сообщила, что фактический собственник этого дома — Российская Федерация, которая предоставила Сибирскому отделению академии наук здание во временное пользование. Работники получили там комнаты на основании ордера и договора социального найма. Сейчас должна состояться не передача, а возврат этого имущества РФ.

По словам юриста, предварительно часть помещений останется за Академией, потому что они фактически используются аспирантами, и люди будут там жить.

Но большая часть комнат будет передана муниципалитету в форме коммунальных квартир. Все, что было самовольно захвачено, — кухни, коридоры, туалеты — вернется в статус общежития.

Жители, у которых есть ордера, договоры социального найма, должны будут подтвердить свое право на комнаты.

— По сути это общежитие. Сейчас в судебном порядке выясняют, кто что самовольно захватил. Это определить и оценить может только суд на основании представленных жильцами документов, — говорит Юлия Агафонова, — только после этого РФ может передать здание муниципалитету.

После того как муниципалитету перейдут помещения, люди смогут приватизировать их согласно установленному порядку и жить спокойно. Но, как замечает глава Свердловского округа Антон Медко, процесс передачи имущества длится уже два года и на сколько затянется еще — никому не известно.

— Росимущество говорит, что есть 9 комнат, по которым нужно определиться. Это решается только через суд. Любой исход будет на пользу общему процессу. Когда появится решение по каждому помещению, конкурсный управляющий сможет передать всю информацию в Росимущество. Пока полного пакета не будет, процесс тормозится, — объясняет он.

Конкурсный управляющий утверждает, что процесс задерживает именно Росимущество. Судебный акт обязал ведомство «безусловно» принять квартиры в том виде, в каком они есть. Но Росимущество отказывается исполнить решение суда.

— У нас есть решение суда, мы его предоставляем в Росимущество, оно его рассматривает, находит ошибки и заворачивает нам приемку оставшихся объектов. Сейчас мы пошли другим путем и сделали отдельный акт на каждую комнату. Завтра я их сдам, — поясняет управляющий.

Между тем в доме только одна квартира приватизирована. Никто из присутствующих не знает, как жильцам удалось оформить ее в собственность. Молчит и представить СО РАН. После того как помещения передадут муниципалитету, приватизировать их, согласно установленному порядку, смогут и остальные.

Помимо проблем с выселением есть и другие. Например, дом не стоит в программе фонда капремонта. Да и УК не понимает, как управлять домом, когда помещения принадлежат разным лицам.

— Коридоры, чердаки, их Росимущество должно также принять. Муниципалитет примет только квартиры, какие будут основания на содержание этого имущества? — задает вопрос Александр Сафронов. — И кто будет платить за квартиры, которые останутся у местного отделения Академии наук?

Но ответить ему никто не может. «Свердловская администрация будет в теме, когда объект будет полностью муниципальным. Сейчас мы видим взаимоотношения нескольких хозяйствующих субъектов. Мы не можем влиять на ситуацию и тем более на решение суда», – ставит в этом вопросе точку Медко.

В сложную ситуацию попали люди, которые получили ордера, когда работали в СО РАН, и после увольнения продолжают жить в этих помещениях.

А есть случаи, когда комнату занимают члены семьи человека, получившего ордер, сам он умер или отсутствует, а документы вовремя не переоформили. Далеко за примерами ходить не надо. Рядом с Антоном Медко скромно сидит мужчина.

Его отец получал ордер в 1997 году, в 2006 году с ним заключили договор социального найма. А потом он умер — с тех пор сын продолжает жить в этой комнате. Сейчас мужчина среди тех, кого выселяют.

В такой же ситуации оказалась и Анна. Ее мать много лет работала в СО РАН, получила комнату, в которой жила вместе с дочерью. После смерти матери Анна не смогла переоформить документы, и теперь ей грозит выселение.

— А вы квартирами торговать собираетесь, поэтому нас и хотите выселить, — не выдержав, обращается стоящая возле двери женщина к Сергею Олемскому.

— Нет, конечно. Они для проживания аспирантов. А у вас был самозахват комнаты, — не поворачиваясь в ее сторону, отвечает он.

https://www.youtube.com/watch?v=n44r7-cq0p8

Как оказалось, женщина в суде отстояла свое право жить в комнате, но подписать договор социального найма не может до сих пор: по ее словам, Сергей Олемской ее не принимает и не отвечает на звонки.

Однако Сергей Олемской настаивает, что эта женщина к нему не обращалась. Точку в бессмысленном споре ставит Антон Медко, когда просит прямо здесь и сейчас назначить женщине встречу.

«Понедельник, 10 утра», — тихо отвечает Олемской.

Другая женщина живет в комнате с двумя детьми без прописки уже несколько месяцев. Оказалось, СО РАН подало в суд на ее выселение. Суд удовлетворил иск, но с условием предоставить ей другое жилье. Женщину сняли с регистрационного учета, а так как нет другой свободной площади, оставили жить на старом месте.

— Я живу в этом доме с 1999 года. И свое уже отработала, чтобы получить комнату в 12 «квадратов».

В прошлом году появился Олемской и заявил, что ему нужна моя секция, чтобы сделать из нее полноценную квартиру. Я проживаю там по ордеру.

Другую комнату занимают аспиранты, которые живут временно по договорам. Он подал на меня в суд. Суд удовлетворил его иск, но с требованием предоставить мне другое жилье.

Женщина говорит, что взамен ей предложили переехать в колясочную с маленьким окном площадью 10 «квадратов». «Я в свое время ставила коляску туда, а сейчас постелили линолеум и сделали комнату. Пока мы живем где и раньше, но без регистрации. Я не могу устроиться на работу, оформить старшему сыну инвалидность», — добавляет она.

— Свободных помещений у нас нет, мы вас поэтому и не выселяем, а выписали вас по суду — все законно, — настаивает на своем представитель СО РАН.

После встречи, уже на улице, жильцы рассказали, что в общежитии есть люди, которые никогда не работали в системе СО РАН, но их не трогают и не выселяют. А пять из девяти выселяемых — это одинокие женщины с детьми, без денег и защиты. По мнению людей, у руководства Сибирского отделения академии наук и был расчет на то, что в суд они подать не смогут.

По словам жильцов, дело сдвинулось с мертвой точки только после обращения к председателю городской думы Евгению Стекачеву. До этого их обращениям и жалобам просто не уделяли внимания. Сейчас люди готовят очередное обращение в прокуратуру в надежде, что в этот раз им удастся отстоять свое право жить в этом доме.

Фото — IRK.ru

Источник: https://www.irk.ru/news/articles/20190910/eviction/

Шок: пенсионерку хотят выселить из ее единственного жилья и требуют деньги

Меня выселили на кухню

29.10.2019, 07:20

 (133)
Foto: “МК-Эстония”

”В 2015 году я купила комнату по адресу Махтра, 44, — рассказывает жительница столичного района Ласнамяэ Любовь Копаева. — За стенкой жили две женщины.

В прошлом году они продали свою комнату молодому человеку, который стал меня уговаривать то свою комнату ему продать, то требовал его комнату купить, а под конец стал грозить еще и судом.

Я старый больной человек, выросла в Сибири, здоровье уже не то, операция за операцией, какие мне тут еще суды?” В этой непростой истории и разбиралась ”МК-Эстония”.

В доме на Махтра, 44, располагается много чего. С одной стороны дома — хостел. С другой — ночлежка и социальное жилье для малообеспеченных людей. Посередине — два подъезда, на лестничных площадках которых уходящие налево и направо коридоры. В каждом коридоре по четыре квартиры.

”Но наша квартира соединена из двух двухкомнатных, — рассказывает пенсионерка. — У соседки Тани — своя полноценная двухкомнатная квартира, у нее есть и ванная, и туалет, только кухня у нас общая.

С другой же стороны такая же двухкомнатная квартира, где у меня большая комната, а у нового соседа — маленькая. В нашем доме только две такие квартиры, все остальные давно уже отделились друг от друга, и кухню тоже поделили”.

И действительно, на очень большой кухне стоят две раковины и две плиты. Балкон, правда, один.

”Многие делят кухню либо пополам вдоль, — рассказывают пенсионерки, — либо поперек, и тогда у одной из сторон кухня без окна, а другой нужно прорубать вход из комнаты. Балкон кто-то делит ровно пополам, если кухню делят вдоль; либо он достается кому-то одному из владельцев, по договоренности”.

В ванной комнате и туалете со стороны Любови вообще все четко: полочки пронумерованы, на каждую наклеен скотч с цифрой.

”Я могу пользоваться только вот этой, — показывает пенсионерка на уголок над раковиной. — Остальные три полки — это нового соседа. И в туалете так же: полочки в шкафу над унитазом, у каждого свои. Сначала мне выделили самую верхнюю, но я сказала, что я пожилой человек и не могу так высоко лазать. В итоге отвоевала полочку пониже”.

Сложное положение

По словам Любови, как только сосед купил комнату, он тут же пришел к ней с предложением продать ему и ее комнату. Чтобы у него тоже получилась полноценная двухкомнатная квартира.

”Но я отказалась, — говорит пенсионерка. — Весной должен был внук из армии прийти, думала, он тут будет жить. Но сосед не отставал — он то предлагал мне купить мою комнату за 20 000 евро. То купить его комнату за 20 000 евро, а она у него меньше.

У меня 18 квадратных метров, у него — только 14. Потом стал уговаривать меня переехать в соседний дом, в такую же комнату. Но я сходила, поговорила с соседями в том доме — оказалось, там живут алкаши. Я отказалась.

Тогда он пригрозил мне судом, мол, суд заставит меня либо продать мою комнату, либо купить его”.

В отчаянии пенсионерка попросила сына поговорить с новым соседом — тот поговорил, но безуспешно. Ничего не изменилось.

”Сосед сам в этой комнате не живет, он туда постоянно кого-то селит, — рассказывает пенсионерка. — Сейчас там живут трое украинцев — на 14 квадратных метрах-то! Стенку над плитой недавно сожгли, ванну всю загадили, не убирают за собой. Понятно, это не их жилье, зачем им соблюдать здесь чистоту? А у меня сердце болит, глядя, во что они превращают нашу ванную и кухню”.

Но по закону она ничего поделать не может. Ведь если собственность у людей общая, то и пользуются они ею сообща. Сосед хочет сделать из коммуналки нормальную квартиру. Любовь рассказывает, что ее тоже не устраивает, что в Крепостной книге эта недвижимость занесена не как квартирная собственность (korteriomand), а как общая собственность (kaasomand).

Потому что из-за этого и она, и соседка-пенсионерка теряют право на пособие.
”По закону всем одиноким пенсионерам государство платит 115 евро в год, — говорят пожилые женщины. — Но мы на это пособие, оказывается, права не имеем. Потому что в Крепостной книге эта квартира числится как совместная собственность, и мы уже не считаемся одинокими, поскольку живем как бы вместе.

В результате нам уже три года это пособие не платят”.

Любовь обращалась по поводу пособия в разные инстанции и говорит, что о ее ситуации многие уже знают, но воз и ныне там.

Она полагает, что властям выгодно не решать проблему: ведь только на ней с соседкой за три года государство сэкономило уже 690 евро.

”Я ходила в управу и к бесплатному юристу, спрашивала, как же сделать новую запись в Крепостной книге, — рассказывает пенсионерка. — На что мне сказали, что это все очень сложно и дорого”.

Необходимость заниматься всеми этими вещами на старости лет пенсионерку просто подкашивает. Она рассказывает, что 25 лет отработала на почте, и до какого-то времени все было хорошо. У нее была квартира в центре города, возле порта. Но потом дети выросли: сын женился, у дочки родился ребенок, всем вместе стало жить тесно.

”И в 2015 году я продала свою квартиру за 57 000 евро, — вспоминает Любовь. — Купила дочке комнату в общежитии на Паэ за 20 000 евро, сыну дала 15 000 евро на первый взнос на квартиру, а себе купила эту комнату”.

Она отмечает, что вся ее семья еле-еле сводит концы с концами: дочь одна воспитывает сына-инвалида, но так как она работает с 8 до 17, а внуку нужен постоянный уход и присмотр, то пенсионерка каждый день встречает его из школы.

”А сын у меня — инвалид с 1999 года, у него онкология, — делится пожилая женщина. — И денег на суд или на то, чтобы выкупить у этого маклера комнату, у меня просто нет! Моя пенсия всего 400 евро”.

Ультимативный подход

Пенсионерка показывает и письма от соседа: ”Я, Игорь Кинг, являюсь представителем фирмы KingRent, владельцем соседней комнаты с долей 25/100. Оповещаю, что мы планируем объединить квартиру и сделать korteriomand. Мы предлагаем обмен без доплаты.

Мы возьмем на себя все расходы: расходы на нотариуса, оплатим расходы на переезд, перевоз вещей. Также в подарок — новую плиту либо стиральную машину, либо телевизор. В случае вашего отказа, мы вынуждены будем подать заявление о разделе в суд.

В случае, если нам не удастся договориться, на вас лягут судебные издержки и обязательство либо выкупить нашу комнату, либо продать свою примерно за 20 000 евро”.

”Он предлагает мне всего 20 000, — говорит она. — А что я сейчас куплю за эти деньги?”
Ей пришлось, говорит Любовь, сходить к юристу, чтобы тот написал ответ.

Но глядя на составленную юристом бумагу, просто слезы на глаза наворачиваются: в ней просто говорится, что пенсионерка не согласна продавать свою комнату. И текст на русском языке занимает менее половины страницы А4.

За это пожилая больная женщина заплатила ему 120 евро.

”Сосед еще сказал, что вызовет оценщика, который придет и оценит стоимость моей комнаты, — рассказывает пенсионерка. — А это еще деньги! И мне страшно, что его оценщик укажет стоимость моей недвижимости меньше, чем она есть на самом деле, потому что это же им приглашенный оценщик”.

Шокированная этим ультиматумом и неизбежностью очередных расходов, она обратилась в газету и попросила помочь разобраться.

”Понимаете, я не хочу судиться, — говорит она. — И переезжать отсюда я тоже не хочу. Мы с Таней сдружились, и я знаю, что если со мной что-то случится, подскачет давление или что-то еще, то она всегда вызовет скорую. И я тоже.

Жить одна в своем возрасте я уже не могу и не хочу. А к детям — не пойти. Понятно, он хочет сделать из этих двух комнат целую квартиру и потом ее продать. А я оказалась у него на пути. Но я просто хочу дожить здесь спокойно и все”.

Любовь показывает бумаги: у нее, родившейся в 1943 году в Сибири, выросшей там и страдавшей все детство от рахита, на данный момент аж 20 различных диагнозов! Включая онкологию. И она перенесла уже несколько операций. Нервотрепка из-за того, что ее вот-вот либо выселят из ее единственной комнаты, либо втянут в дорогостоящий суд, заставляет женщину постоянно переживать.

”МК-Эстония” связалась и с соседом пенсионерки. Он сначала подробно прокомментировал ситуацию и обрисовал свое видение положения вещей. А потом решил отказаться от своего права изложить свою точку зрения и попросил оставить все без комментариев.

Несколько вариантов

Однако присяжный адвокат Евгений Твердохлебов из Advokaadibüroo Vindex в общих чертах обрисовал положение: ”Ситуацию, когда одна вещь принадлежит нескольким сособственникам, и не все из них согласны продолжать такие отношения, регулирует закон. Любой из сособственников может обратиться в суд и потребовать прекращения долевой собственности”.

То есть в понимании закона, обе пенсионерки и их сосед — сособственники. И из ситуации есть несколько выходов, предусмотренных законом для подобных ситуаций.
”Первый — общую собственность продают с публичного аукциона и полученные средства делят пропорционально размерам долей, — перечисляет Евгений Твердохлебов.

— Второй — общую вещь продают на закрытом аукционе между сособственниками, и вещь получит тот, кто предложит больше и выплатит другим их долю. Третий — вещь будет отдана одному или нескольким сособственникам, которые должны будут компенсировать выбывающим сособственникам утрату собственности.

Четвертый — вещь будет разделена, если это возможно”.

Таким образом получается, что если сосед не сжалится над пенсионерками и пойдет в суд, то Любови и ее соседке грозит разбирательство, аукцион и непредвиденные траты.

”Ответчик может подать встречный иск, если он не согласен с предложенными истцом способами прекращения общей собственности, и предложить свой способ, — описывает присяжный адвокат возможные действия пенсионерок, которые, если сосед пойдет в суд, будут считаться ответчиками. — Также ответчик может ссылаться на исключительные обстоятельства, которые исключают прекращение общей стоимости. Например, в пункте 20 решения по делу 3–2–1–45–06 Госсуд сказал, что если человек пожилой и проживает на общей площади долго, то это может быть расценено как исключительное обстоятельство, которое позволяет отказать в иске о прекращении общей собственности”.

И в таком случае ответчик может подать встречный иск для установления порядка использования общей вещи. В случае недвижимости такой порядок лучше внести в Крепостную книгу, тогда он будет действовать и при смене сособственников.

”Но для того, чтобы комментировать конкретную ситуацию, нужно сперва изучить документы, — подчеркивает Евгений Твердохлебов. — В данном случае любая деталь может возыметь решающее значение и поменять совет на противоположный. Поэтому для решения конкретной ситуации лучше обратиться к адвокату.

А если нет возможности оплачивать юридические услуги самостоятельно, то нужно в канцелярии суда заполнить бланк, чтобы получить адвоката за счет государства”.

Помогут ли город и государство?

В управе Ласнамяэ сообщили, что если переделывать общую собственность в квартирную собственность, нужно, чтобы кто-то из сособственников обратился с соответствующим заявлением в суд. Госпошлина при таких делах составляет 300 евро, стоимость недвижимости не учитывается.

”Также всегда можно обратиться за бесплатной правовой помощью к юристу управы Ласнамяэ или к юристам Eesti Õigusbüroo, которые помогают консультациями в рамках проекта и при определенных условиях”, — добавил юрист управы.

Источник: https://rus.delfi.ee/press/mk_estonia/shok-pensionerku-hotyat-vyselit-iz-ee-edinstvennogo-zhilya-i-trebuyut-dengi?id=87902150

«Меня с мужем и ребенком выселяют из-за мебели, которую 5 лет назад поставил в моем доме бывший»

Меня выселили на кухню

– Я устала бороться, рассылать письма во все инстанции, обжаловать судебные решения и получать отовсюду от ворот поворот.

Мой дом, в котором я живу с нынешним мужем и нашим ребенком, прошел оценку и его со дня на день могут выставить на продажу.

Нас могут выселить в любой момент – куда хотите, туда и идите, – вздыхает 33-летняя брестчанка Надежда Ивановская, перебирая стопку документов.

С Владимиром она прожила вместе пять лет. Молодые люди собирались создавать семью, заключать брак. Весной 2014 Надежда купила садовый домик в Брестском районе. Его по мере возможностей в течение двух лет обустраивала.

Этот домик Надежда купила на свои деньги.

– Домик оформлен на меня, я покупала его за свои деньги. Владимир, когда мы жили вместе, долгое время не работал.

Я оплачивала съемную квартиру, коммуналку, покупала еду, одежду, давала деньги на алименты, которые он платил на содержание своего ребенка.

А когда домик был полностью обустроен, выгнал меня, и оставался там жить, пока я не сменила замки в присутствии сотрудников милиции, – возмущена Надежда.

А потом мужчина решил вернуть деньги, которые, как он посчитал, он вложил в ремонт. И выставил Надежде иск более чем на 30 тысяч рублей.

– Хотя, когда мы жили вместе, мы никогда не говорили о том, что я должна ему буду вернуть деньги в случае расставания.

Он и сам в суде сказал: «Я не думал, что мы разойдемся и не говорил, что деньги буду забирать». Тем более, что основные средства в ремонт и обустройство дома вкладывала я.

В суде он не предоставил никаких доказательств о том, что он понес такие расходы, – рассказывает брестчанка.

Судебные тяжбы по гражданскому делу начались в 2016 году и затянулись на год. В итоге судебная коллегия по гражданским делам Брестского областного суда признала правоту за истцом, но уменьшила сумму иска до 10,4 тысяч рублей. То есть Надежда должна возместить Владимиру стоимость мебели.

Из-за этой маленькой кухни судебные разборки длятся уже два года.

– Я никогда не возражала против того, чтобы он, если желает, забрал мебель в виде кухни, дивана, двух двустворчатых шкафов и двух комодов.

Если суд считает, что мебель покупалась за его счет – пожалуйста, я готова ее отдать. Но он требует с меня деньги. Сумма иска – заоблачная, а мебель стоит мизер.

Она оценена в 600 рублей! В счет погашения иска арестовано мое имущество и дом, – говорит Надежда.

Пока семья, по словам женщины, «живет где придется»: когда муж на работе, оставаться одна в доме женщина боится – периодически туда приезжает бывший сожитель. Сама Надежда прописана у своей тети, муж с ребенком – у его матери. Сейчас она хочет временно зарегистрироваться в этом доме.

МЕБЕЛЬ ДЕЛАЛА НЕСУЩЕСТВУЮЩАЯ ФИРМА?

Женщина уверена, что ее бывший сожитель блефует. Суд кассационной инстанции признал недостоверными некоторые доказательства, которые предоставил Владимир.

– Представленные истцом копии договоров с ООО, актов выполненных работ и справки указанных организаций, а также оригинал счет-фактуры нельзя признать достоверными доказательствами по делу, поскольку они содержат противоречия, – говорится в судебном определении коллегии по гражданским делам Брестского областного суда.

Речь идет о документах на покупку и установку сантехники, окон и дверей. В договоре на сантехработы стоит подпись человека, который на тот момент не был директором фирмы.

Договор на окна и двери вообще заключен с фирмой, которая в 2014 году не занималась производством окон и дверей. Настоящие директора этих фирм сказали в суде, что с истцом никогда не заключали договоров и денег у него не брали.

Оказались липовыми и акты выполненных работ: они были изготовлены в компьютерной программе, которая была выпущена только в 2016 году.

Истец хочет получить компенсацию еще и за комод и шкафчик.

Та же самая история с документами на кухню, уверяет женщина.

– Договор на покупку мебели заключен 20 мая 2014 года с фирмой, которая была зарегистрирована только 19 июня 2014 – у меня есть выписка из реестра. На договоре стоит подпись человека, который тогда не был директором фирмы.

Как это? Фирмы не существует, а договор есть! Причем оригиналов нет ни у истца, ни в тех фирмах, в суд предоставлены только копии. Акты приема-передачи сделаны в программе, которой в 2014 году не существовало.

Мы сделали запрос в фирму, которая делает программное обеспечение, они прислали нам документ – программа вышла в 2016 году! – доказывает свою правоту Надежда.

Она 12 раз обращалась в милицию с заявлением о фальсификации доказательств. Ей 12 раз отказывали в возбуждении уголовного дела, а прокуратура 12 раз отменяла это решение.

– Это какой-то замкнутый круг! – близка к отчаянию Надежда. – РОВД, Следственный комитет, прокуратура – все отмахиваются: нет состава преступления.

Тем не менее, брестчанка все еще надеется быть услышанной. Она добивается личного приема у генпрокурора Беларуси и отправила очередную надзорную жалобу в Генеральную прокуратуру. В ней она просит, чтобы истцу отказали в иске. Кроме того, женщина намерена истребовать с бывшего сожителя компенсацию судебных расходов.

ПОЛЕЗНО ЗНАТЬ

Могут ли делить имущество люди, которые не были в официальном браке?

– Юридически раздел совместно нажитого имущества возможен только лишь в том случае, если граждане заключили брак в установленном законом порядке. На такие отношения распространяются положения статей 23-24 Кодекса Республики Беларусь о браке и семье, – комментирует Дарья Коцарева, адвокат Брестской областной коллегии адвокатов.

– В случае, когда брак между людьми зарегистрирован не был, при наличии определенных обстоятельств между ними могут возникать гражданско-правовые отношения, связанные с возникновением, управлением и прекращением прав общей совместной собственности. Такие отношения регулируются главой 16 Гражданского кодекса Республики Беларусь.

КСТАТИ

Вопрос раздела имущества можно решить мирно: обратиться к медиации, заключить досудебное соглашение или мировое соглашение прямо в суде. Если же вопрос поставлен принципиально, людям придется доказать, что они, хотя и не были расписаны, но жили как семья.

Например, можно привести в суд свидетелей, которые подтвердят, что пара долго жила вместе, вела совместное хозяйство, делала общие покупки. В таком случае судебная практика показывает, что сожители могут делить имущество. В последние годы такие дела – не редкость, поскольку сожительство становится все более популярным.

Если суд не посчитает отношения между людьми равными семейным, о разделе имущества речи не ведется.

ГДЕ В ЗАКОНЕ НАПИСАНО ПРО РАЗДЕЛ ИМУЩЕСТВА?

Глава 16 Гражданского кодекса Республики Беларусь регулирует вопросы права общей собственности вообще любых людей, не обязательно сожительствующих.

Статья 246 Гражданского кодекса говорит, что по праву общей собственности каждому владельцу принадлежит определенная доля – это должно быть подтверждено договором или другим документом. Если нет, суд может установить долевую собственность на общее имущество.

Статья 23 Кодекса о браке и семье устанавливает общую совместную собственность супругов. Независимо от того, кто покупал и кто сколько денег вложил, все, что приобретено в браке, делится поровну между супругами.

Статья 24 Кодекса о браке и семье закрепляет принцип равенства долей супругов, если другое не предусмотрено Брачным договором.

Источник: https://www.kp.by/daily/26952/4005051/

СтражЗакона
Добавить комментарий