По какой статье КоАП РФ можно квалифицировать деяние гражданина?

Оправдательный приговор гражданину, оплатившему покупки чужой банковской картой, устоял в апелляции

По какой статье КоАП РФ можно квалифицировать деяние гражданина?

13 августа судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного суда оставила в силе оправдательный приговор гражданину, ранее обвиняемому в краже за совершение покупок с использованием чужой банковской карты (апелляционное определение имеется у «АГ»).

Обстоятельства дела

В декабре 2018 г. Александр Лебедев потерял свою банковскую карту и обнаружил пропажу только тогда, когда неизвестные лица стали расплачиваться ею за покупки. Деньги списывались несколько раз, и каждый раз сумма транзакций не превышала 1 тыс. руб. Далее владельцу карты удалось заблокировать ее и прекратить несанкционированное списание средств.

Впоследствии Алексей Пестов добровольно явился в полицию, где написал явку с повинной. Он признался в том, что получил от своего знакомого Смирнова банковскую карту на имя Лебедева. С помощью нее он купил в магазине продукты на сумму 745 руб.

Во второй раз сумма покупок с использованием чужой банковской карты составила 288 руб., а в третий – 306 руб. По словам гражданина, после приобретения продовольствия он вернул карту Смирнову. Далее еще один человек попытался купить товары на 900 руб.

, но карта была заблокирована.

Алексей Пестов возместил причиненный потерпевшему вред в полном объеме. Суд избрал ему меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Действия обвиняемого были квалифицированы следствием по п. «г» ч. 3 ст.

158 (кража, совершенная с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств, при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст. 159.3 данного Кодекса) УК РФ.

Аналогичные обвинения в рамках отдельного уголовного дела были предъявлены и Смирнову.

Вступление в дело защитника по назначению

Защиту Алексея Пестова осуществлял адвокат АП Костромской области Алексей Егоров. В комментарии «АГ» он сообщил, что вступил в процесс на стадии предварительного следствия. «13 декабря 2018 г.

в соответствии с графиком дежурств я был приглашен органами следствия для защиты подозреваемого в порядке ст. 51 УПК РФ. К моему прибытию в следственный отдел мой доверитель уже находился у следователя.

Мне были предъявлены для ознакомления объяснение и явка с повинной доверителя, в которых он подробно изложил свои действия. В ходе беседы доверитель подтвердил изложенное им в документах», – отметил адвокат.

Защитник пояснил, что, со слов Алексея Пестова, последний совершил несколько покупок в магазинах с использованием чужой банковской карты бесконтактным способом без введения ПИН-кода. «Каждая покупка была менее 1 тыс. руб. Следователь в свою очередь пояснил, что возбуждено уголовное дело по п. “г” ч. 3 ст. 158 УК РФ в отношении неустановленных лиц», – сообщил адвокат.

По словам Алексея Егорова, он разъяснил доверителю, что есть вероятность изменения квалификации его действий с уголовно наказуемого деяния на административное правонарушение. «Формально его действия подпадали под иную квалификацию УК РФ, а именно ч. 1 ст. 159.

3 УК РФ (мошенничество с использованием электронных средств платежа). Но в связи с тем, что общая сумма покупок была менее 2,5 тыс. руб., в его действиях усматривается состав административного правонарушения, предусмотренный ч. 2 ст. 7.

27 КоАП РФ (мелкое хищение)», – пояснил адвокат.

«Далее доверитель дал показания, в которых детально изложил весь порядок своих действий, уделив особое внимание тому, что в магазине его никто не спрашивал о принадлежности банковской карты, а он никому не сообщал о том, что карта ему не принадлежит», – добавил Алексей Егоров.

Адвокат отметил, что следствие возбудило уголовное дело по тяжкому составу преступления, хотя в диспозиции п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ прямо указано на соблюдение важного условия для возбуждения такого уголовного дела (отсутствие признаков преступления, предусмотренного ст. 159.3 УК РФ).

«Было бы наивно думать, что следствие просто ошиблось или поторопилось. Было очевидно, что на стадии расследования ни о каком прекращении речи быть не может, да и следствие было уверено в правильности квалификации.

Надзирающий прокурор подписал обвинительное заключение именно по тяжкому составу, что свидетельствует о согласованности позиции органов следствия и прокуратуры в этом вопросе», – рассказал защитник.

«Мы с доверителем решили не идти против течения и изложить свою позицию уже в суде. По этой причине мы выработали позицию, при которой он полностью соглашается с обвинением, дает необходимые для последующей переквалификации показания и возмещает причиненный вред потерпевшему.

Далее защита, не препятствуя расследованию, выходит в суд для рассмотрения по существу, где заявляет о неверной квалификации.

В свою очередь, доверитель пояснит, что признает фактические обстоятельства дела в полном объеме, а вопрос квалификации его действий оставляет адвокату, при этом всецело полагаясь на справедливость суда», – пояснил Алексей Егоров

Адвокат отговорил доверителя от рассмотрения дела в особом порядке

«В день ознакомления с делом при составлении протокола в порядке ст. 217 УПК РФ доверитель вдруг изъявил желание рассмотреть дело в особом порядке.

Скорее всего, он это сделал по причине того, что его друг, который также успел воспользоваться чужой картой, заявил о рассмотрении уголовного дела в особом порядке. Я разъяснил все последствия такого решения, что есть большая вероятность осуждения по вмененной статье.

Кроме этого, я также указал на бесполезность рассмотрения уголовного дела в особом порядке.

При наличии смягчающих обстоятельств (явка с повинной, раскаяние, возмещение вреда и отсутствие отягчающих обстоятельств) наказание будет в любом случае ниже двух третей наиболее строго наказания, и это при самом плохом исходе. В его же случае максимум – наказание с применением положений ст. 73 УК РФ», – сообщил Алексей Егоров.

По словам адвоката, уже после подписания протокола он убедил подзащитного в том, что в судебном заседании защита заявит о неверной юридической оценке его действий.

Рассмотрение дела в суде первой инстанции

Уголовное дело в отношении Алексея Пестова рассматривалось в Димитровском районном суде г. Костромы. В ходе судебного разбирательства подсудимый полностью признал свою вину в инкриминируемом ему деянии. Гособвинение, в свою очередь, поддержало предъявленное ему обвинение.

«В прениях сторон гособвинитель просил оставить квалификацию прежней, однако предложил снизить категорию преступления, назначить наказание в виде штрафа и освободить от наказания.

Скорее всего, это было сделано для того, чтобы осужденный не обжаловал обвинительный приговор, так как каких-либо серьезных последствий для него бы не наступило. Таким образом, было бы сокрыто необоснованное возбуждение уголовного дела по тяжкой статье.

Плюс доверитель лишился бы права на реабилитацию», – отметил Алексей Егоров.

Верховный Суд разобрался с экономическими преступлениямиПленум ВС РФ принял постановление, касающееся разъяснений судебной практики по делам о мошенничестве, присвоении и растрате

По словам защитника, он строил свою речь в прениях на основе действующего уголовного закона с учетом разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

«Так, я указал на явно завышенную и необоснованную квалификацию обвинением действий доверителя при наличии в Особенной части УК РФ ч. 1 ст. 159.3 УК РФ, которая наиболее подходит к рассматриваемой ситуации и относится к преступлениям небольшой тяжести.

Вместе с тем, несмотря на наличие в действиях доверителя признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159.3 УК РФ, сумма ущерба, причиненного потерпевшему, меньше необходимой для привлечения его к уголовной ответственности.

В этой связи я обратил внимание суда на наличие в действиях доверителя признаков не уголовно наказуемого деяния, а административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ», – пояснил адвокат.

Суд первой инстанции оправдал обвиняемого за отсутствием состава преступления

Изучив обстоятельства уголовного дела, районный суд со ссылкой на п. 17 Постановления Пленума № 48 отметил, в каких случаях деяние следует квалифицировать по ст. 159.3 УК РФ.

Согласно этим разъяснениям ответственность по вышеуказанной статье наступает за хищение имущества лицом с использованием поддельной или чужой кредитной, расчетной или иной платежной карты путем сообщения уполномоченному работнику кредитной, торговой или иной организации заведомо ложных сведений о принадлежности указанному лицу такой карты или путем умолчания о ее незаконном владении.

«Действия Алексея Пестова следует квалифицировать по ч. 1 ст. 159.3 УК РФ как мошенничество с использованием электронных средств платежа. Как следует из обвинения Пестову, причиненный им материальный ущерб потерпевшему составил 1339 руб. 81 коп., что согласно ч. 2 ст. 7.

27 КоАП РФ относится к мелкому хищению чужого имущества. Согласно ст. 8 УК РФ основанием уголовной ответственности является совершение деяния, имеющего все признаки преступления, предусмотренного настоящим Кодексом.

Учитывая, что в действиях Пестова отсутствуют признаки уголовно наказуемого деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 159.3 УК РФ, а имеются признаки мелкого хищения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.

27 КоАП РФ, подсудимый Пестов подлежит оправданию за отсутствием в его действиях состава преступления», – отмечено в приговоре суда от 14 мая (имеется у «АГ»).

Потерпевший обжаловал приговор

Потерпевший Александр Лебедев обжаловал вынесенный судом оправдательный приговор в вышестоящую инстанцию, потребовав его отмены в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В апелляционной жалобе (имеется у «АГ») он указал, что деяния Пестова следует квалифицировать именно по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, поскольку в отношении потерпевшего было совершено именно преступление, а не административное правонарушение.

В обоснование своих доводов он сослался на то, что действия подсудимого следовало оценивать исходя из п.

2 Постановления Пленума № 48, согласно которому, если обман не направлен непосредственно на завладение чужим имуществом, а используется только для облегчения доступа к нему, действия виновного образуют состав кражи или грабежа (в зависимости от способа хищения).

«Таким образом, обманув работника торговой организации, Пестов лишь облегчил доступ к денежным средствам. Доступ к совершению банковской операции предоставил сам работник торговой операции.

Если бы работник торговой организации спросил паспорт у Пестова, то хищения моих денежных средств могло бы и не быть.

При возникновении сомнений у работника торговой организации в принадлежности Пестову банковской карты получить доступ к совершению банковской операции было бы затруднительно», – отмечалось в апелляционной жалобе потерпевшего.

В возражениях на жалобу (есть у «АГ») Алексей Егоров пояснил: суд верно заключил, что в связи с умолчанием Пестовым сведений о принадлежности банковской карты иному лицу во время оплаты он совершил обман, посредством которого мог приобрести продукты питания, а не тайно похитил денежные средства непосредственно с банковского счета.

«Хищение денежных средств путем кражи, т.е.

тайного хищения, предполагает их получение как в ходе непосредственного обналичивания, так и посредством перевода на иной, принадлежащий виновному, банковский счет, без введения в заблуждение относительно совершаемых действий иных лиц.

В данном случае этого не произошло. Верховный Суд РФ в своем Постановлении Пленума № 48 от 30 ноября 2017 г. подробно изложил, в каких случаях незаконные действия с чужой банковской картой следует считать кражей», – настаивал защитник.

Оправдательный приговор устоял в апелляции

13 августа 2019 г. судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного суда оставила оправдательный приговор в силе. В апелляционном определении судебная коллегия отметила, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела на основе представленных доказательств.

«Вопреки доводам апелляционной жалобы, в ходе судебного следствия не было установлено, что Пестовым совершены действия, подпадающие под признаки квалифицированной кражи», – заключил апелляционный суд.

Вторая инстанция также пояснила, что из описания преступного деяния по приговору суда и обвинительного заключения следует, что обвиняемый совершил противоправные деяния, расплатившись похищенной банковской картой, умолчав о том, что использует ее незаконно.

«При таких обстоятельствах деяния Пестова подлежали бы квалификации по ч. 1 ст. 159.3 УК РФ. Криминообразующим признаком неквалифицированных хищений является стоимость похищенного имущества свыше 2,5 тыс. руб. Хищение чужого имущества, стоимость которого не превышает 1 тыс. руб.

, а также хищение чужого имущества более 1 тыс. руб., но не более 2,5 тыс. руб., при отсутствии квалифицированных хищений, в том числе ст. 158 и ст. 159.3, в силу прямого указания отнесено к мелкому хищению, подпадающему под признаки административного правонарушения, предусмотренного ч.

1 ст. 7.27 КоАП РФ», – отметила апелляция.

Защитник оправданного прокомментировал судебные акты

Алексей Егоров назвал справедливым оправдательный приговор Димитровского районного суда г. Костромы. «Он вынесен в соответствии с действующим уголовным и уголовно-процессуальным законодательством.

По моему мнению, суд принял единственно верное решение. Считаю, что немаловажную роль при вынесении оправдательного приговора сыграла категоричная позиция стороны защиты в вопросах юридической оценки действий моего доверителя.

Рад, что мнение суда полностью совпало с мнением стороны защиты», – отметил он.

Адвокат также высоко оценил апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Костромского областного суда, «которая, рассмотрев жалобу потерпевшего, не нашла основания для ее удовлетворения, тем самым подтвердив правильность выводов, сделанных судом первой инстанции».

Алексей Егоров выразил надежду на то, что данный приговор в будущем будет своего рода указателем направления в вопросах юридической оценки действий лиц, совершивших аналогичные деяния.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/opravdatelnyy-prigovor-grazhdaninu-oplativshemu-pokupki-chuzhoy-bankovskoy-kartoy-ustoyal-v-apellyatsii/

Лекция 8. Административная ответственность

По какой статье КоАП РФ можно квалифицировать деяние гражданина?

В.Т.Батычко
Административное право
Конспект лекций. Таганрог: ТТИ ЮФУ, 2008 г.

8.3. Состав административного правонарушения

Для отграничения правонарушений друг от друга, правильной квалификации содеянного теорией права введено понятие «состав правонарушения».

Состав административного правонарушения — это совокупность юридических элементов, при наличии которых деяние квалифицируется как административное правонарушение и наступает административная ответственность.

Иными словами, только при наличии определенных юридических элементов в деянии нарушитель будет нести административную ответственность. Этими элементами выступают объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона административного правонарушения.

Объект административного правонарушения — это совокупность общественных отношений, охраняемых административно-деликтным правом.

Общим объектом административного правонарушения выступают общественные отношения, возникающие в области государственного управления.

Родовой объект — группа однородных общественных отношений, на которые посягает правонарушитель. Особенная часть КоАП РФ построена следующим образом: конкретные правонарушения входят в одну из глав данной части, поскольку они собраны по родовому признаку.

В качестве родового объекта выступают права граждан; общественная безопасность и общественный порядок; общественные отношения в области государственного управления, в области предпринимательской деятельности, в области охраны окружающей природной среды, в области финансов, таможенного дела и др.

Видовой, или непосредственный, объект — конкретное общественное отношение, которому причиняется или может быть причинен вред. Например, ст. 20.

1 КоАП РФ устанавливает наказание за мелкое хулиганство, которое может проявляться в выражении нецензурной бранью в общественных местах. В данном случае причиняется вред общественному порядку, чести, достоинству и спокойствию граждан.

Каждый из перечисленных объектов является непосредственным объектом.

Необходимо подчеркнуть, что объектом посягательства административных правонарушений всегда являются общественные отношения, а не вещи материального мира (предметы, деньги, ценности, товары и т.д.).

Вещи материального мира выступают предметами и орудиями административного правонарушения.

Объективная сторона административного правонарушения — это видимая сторона административного правонарушения (его внешнее проявление), отвечающая на вопросы: как? каким способом? когда ? где ? с помощью каких средств совершено правонарушение ?

Объективная сторона характеризуется противоправным действием (активным волевым поведением) или бездействием (волевым пассивным поведением).

Кроме этих элементов, при квалификации могут играть роль место, время, способ и другие обстоятельства.

В зависимости от оконченности правонарушения различают формальный состав, который сконструирован так, что для квалификации деяния достаточно установить факт противоправного деяния (при этом обязательность наступления вреда (ущерба) не требуется), и материальный состав.

Для квалификации деяния, имеющего материальный состав, необходимо установить, помимо действия или бездействия, наступление вредных последствий и причинную связь между ними.

Указание на последствия в некоторых случаях может быть основанием, усиливающим административную ответственность, или основанием для привлечения к уголовной ответственности.

Большинство административных правонарушений имеют формальный состав.

Субъект административного правонарушения — это индивид или организация (коллектив людей), совершившие административное правонарушение.

Индивид—это физическое лицо, вменяемое, достигшее возраста наступления административной ответственности и совершившее административное правонарушение. При этом под вменяемостью понимается психическое состояние физического лица, в котором он способен отдавать отчет в своих действиях и руководить ими в момент совершения административного правонарушения.

Административную ответственность несет нарушитель, который к моменту совершения административного правонарушения достиг 16-летнего возраста (общее правило).

Организация приобретает административную деликтоспособность с момента государственной регистрации в качестве юридического лица.

Помимо общего субъекта определяются:

–  специальный субъект — правонарушитель, обладающий специальными признаками (должностное лицо, несовершеннолетний, родители несовершеннолетних детей, иностранный гражданин или лицо без гражданства, иностранное юридическое лицо и т. д.);

–  особый субъект — лицо, совершившее административный проступок, но который, как правило, несет не административную, а дисциплинарную ответственность, устанавливаемую дисциплинарными уставами.

В соответствии со ст. 2.5 КоАП РФ к такому роду субъектов можно отнести военнослужащих и призванных на военные сборы граждан, которые несут ответственность в соответствии с дисциплинарными уставами.

Сотрудники ОВД, органов уголовно-исполнительной системы, федеральных органов налоговой полиции и таможенных органов на общих основаниях несут административную ответственность лишь за некоторые административные правонарушения, установленные КоАП.

В остальных случаях их ответственность регламентирована нормативными актами, устанавливающими порядок прохождения службы в указанных органах.

В то же время к указанным лицам, согласно КоАП, не может быть применен такой вид административного наказания, как административный арест, а к военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, кроме того, административный штраф.

Субъективная сторона административного правонарушения — внутренняя сторона противоправного посягательства, основными характеристиками которой выступают вина, мотивы цель:

—  вина — это психическое отношение лица к совершаемому им деянию и его последствиям.

Формы вины — умысел и неосторожность.

Умысел — заранее обдуманное намерение, когда лицо осознает противоправный характер деяния, предвидит наступление его вредных последствий, желает их наступления (прямой умысел) либо не желает, но сознательно допускает их наступление (косвенный умысел).

Неосторожность в свою очередь может проявляться как:

—  небрежность. Правонарушитель не осознавал, не предвидел возможности наступления вредных последствий, хотя должен был и мог их предвидеть и осознавать по обстоятельствам дела;

—  самонадеянность. Правонарушитель осознавал, предвидел, но легкомысленно рассчитывал на предотвращение вредных последствий.

Кроме вины как основного признака, в субъективную сторону правонарушения включаются также:

—  мотив — внутреннее побуждение к совершению правонарушения (то, что «толкает» совершить правонарушение);

—  цель — конечный результат, которого хочет достичь правонарушитель (то, к чему он стремится, совершая правонарушение).

Таким образом, если в деянии лица усматривается совокупность четырех юридических элементов, то оно подвергается административному наказанию. Отсутствие хотя бы одного из указанных элементов не дает основания для привлечения нарушителя к административной ответственности.

Знание вопросов юридического состава административного правонарушения имеет практическое значение, поскольку, с одной стороны, оно позволяет отличить и правильно квалифицировать административный проступок, приводит к реализации принципа неотвратимости наказания и, с другой стороны, позволяет избежать необоснованного привлечения лица к административной ответственности.

Источник: http://www.aup.ru/books/m228/9_3.htm

Арбитражный суд Волго-Вятского округа

По какой статье КоАП РФ можно квалифицировать деяние гражданина?

1. Вопрос: Является ли основанием для признания незаконным постановления о привлечении к административной ответственности неуведомление лица о времени и месте составления определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования (ч. 3 ст. 28.7 КоАП РФ)?

Ответ: Данное обстоятельство не является основанием для признания незаконным постановления о привлечении к административной ответственности.

2. Вопрос: Может ли информация об отслеживании почтовых отправлений на официальном сайте ФГУП «Почта России» (www.russianpost.

ru) использоваться административным органом в качестве доказательства надлежащего извещения лица, привлекаемого к административной ответственности, о времени и месте составления протокола, а также о времени и месте рассмотрения материалов об административном правонарушении?

Ответ: С учетом правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 № 3563/13, данная информация может использоваться в обоих случаях в качестве доказательства надлежащего извещения. Одновременно суду следует оценивать представленные лицом, привлекаемым к административной ответственности, доказательства его неизвещения.

3.

 Вопрос: Следует ли признать правомерным составление протокола об административном правонарушении в отсутствии законного представителя организации, если в период после вручения руководителю организации извещения о времени и месте составления протокола об административном правонарушении до дня составления такого протокола в отношении организации была введена процедура внешнего управления и назначен внешний управляющий?

Ответ: Поскольку в момент вручения извещения руководитель организации являлся ее законным представителем, такое извещение сохраняет силу и в случае последующего прекращения полномочий руководителя и возложения управления делами должника на внешнего управляющего, принимая во внимание положения абзаца 4 пункта 1 статьи 94 Федерального закона от 26.10.

2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) об обязанности органа управления должника в течение трех дней с даты утверждения внешнего управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей и штампов, материальных и иных ценностей внешнему управляющему.

Соответственно, неявка представителя организации не является препятствием для составления протокола об административном правонарушении.

4. Вопрос: При рассмотрении судом вопроса о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, по какому адресу следует направлять определения о времени и месте судебного заседания?

Ответ: С учетом п. 54 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.

2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определения следует направлять по адресу, указанному в судебном акте об утверждении арбитражного управляющего, а также по адресу, по которому арбитражный управляющий зарегистрирован по месту своего жительства (ч. 4 ст. 121 АПК РФ), т.к. на момент направления определения арбитражный управляющий конкретной организации уже может утратить данный статус.

5. Вопрос: Заявление административного органа и протокол об административном правонарушении содержат неправильную квалификацию правонарушения.

Норма права, соответствующая правильной квалификации деяния, предусматривает возможность применения более суровой санкции.

С учетом того, что назначаемое наказание не должно ухудшать положение лица, в отношении которого ведется производство по делу, как именно арбитражный суд должен применять административное наказание?

Ответ: Заявителю следует отказать в удовлетворении требования о привлечении лица к административной ответственности.

6. Вопрос: В статье (части статьи) Особенной части КоАП РФ в качестве наказания предусмотрена конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения. Одновременно имущество, являющееся предметом административного правонарушения, подлежит изъятию (в т.ч. по п. 4 ст. 1252 ГК РФ, подп.

 1 п. 1 ст. 25 Федерального закона от 22 ноября 1995 года «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции»).

Что должно быть указано в резолютивной части судебного акта о привлечении лица к административной ответственности: конфискация, либо изъятие имущества?

Ответ: С учетом п. 15.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.

2004 № 10 в резолютивной части судебного акта следует предусматривать конфискацию имущества, поскольку это правовое последствие предусмотрено специальной нормой права, как вид наказания.

Если привлечение к административной ответственности невозможно (в т.ч. вследствие истечения сроков давности), то в резолютивной части судебного акта следует предусматривать изъятие имущества.

7. Вопрос: На момент вступления в силу решения суда о привлечении к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности (п. 9 ч. 1 ст. 3.

2 КоАП РФ) уже исполняется ранее назначенное по другому основанию административное наказание в виде административного приостановления той же деятельности.

С какого момента должен исчисляться срок нового приостановления деятельности?

Ответ: С учетом п. 23.3 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 № 5, срок нового административного приостановления деятельности должен начинаться со дня вступления в силу решения суда.

8. Вопрос: В какой день истечет двухмесячный срок привлечения к административной ответственности (ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ), по правонарушению, которое совершено, например, 16.04.2015?

Ответ: 

Источник: http://fasvvo.arbitr.ru/node/14022

Разъяснения по вопросу размера штрафа за ложный вызов по статье 207 УК РФ

По какой статье КоАП РФ можно квалифицировать деяние гражданина?

Когда с конкретным человеком или его окружением внезапно случается какое-нибудь чрезвычайное происшествие (напали, избили, ограбили, требуется экстренная медицинская помощь  или возник пожар и пр.), то первая правильная реакция на случившийся факт – это вызов специализированных служб.

Как говорят: «Об этом знает даже школьник». Однако, зачастую, некоторые граждане ради развлечения, либо из чувства мести или просто от скуки набирают номер одной из специализированных служб и сообщают о не случавшемся факте.

А может они не знают, что сообщение о «мнимом» происшествии – есть правонарушение, которое карается законом?

Не стоит обольщаться, подобные деяния квалифицируются как заведомо ложный вызов специализированных служб, за которые неотвратимо наступает административная ответственность, предусмотренная статьей 19.13 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

Данное административное правонарушение направлено против порядка управления, который представляет собой свод предписаний административного законодательства, устанавливающего публичные процедуры государственных и муниципальных органов, права и обязанности их должностных лиц. Поэтому заведомо ложный вызов специализированных служб препятствует законному государственному и муниципальному управлению, посколькуфункционирование специализированных служборганизуется органами государственного управления и органами местного самоуправления.

Деятельность специализированных служб направлена на охрану жизни и здоровья граждан, борьбе с правонарушениями, охране собственности и финансируется за счет средств соответствующих бюджетов.

Поэтому каждый ложный вызов влечет за собой впустую потраченные денежные средства, особенно когда привлекаются несколько специализированных служб (например, кареты скорой помощи, полицейские патрули, взрывотехники, кинологи с собаками и т.д.).

Кроме этого при перекрытии подъездных путей «парализуется» работаразличных учреждений и организаций, возникают дополнительные «пробки» на автодорогах, тем самым создаются неудобства для огромного количества граждан.

Также не стоит забывать и том, что ложные звонки занимают линию экстренных вызовов, в то время как кому-то действительно необходимо экстренная помощь полиции, МЧС, медиков.

Таким образом, те граждане, которые совершают ложные вызовы специализированных служб, фактически препятствуют их работе, связанной с принятием экстренных мер по спасению жизни и здоровья граждан, и их имущества. Действия таких граждан являются умышленными, поскольку они заведомо знают, что осуществляют ложный вызов.

Ответственность за совершение заведомо ложного вызова специализированных служб наступает для дееспособных граждан, начиная с 16-летнего возраста.

В отношении гражданина, совершившего заведомо ложный вызов специализированных служб, составляется протокол об административном правонарушении, и виновный привлекается к административной ответственности судом, в виде штрафа в размере от одной тысячи до одной тысячи пятисот рублей.

Если же гражданин совершил заведомо ложное сообщение об акте терроризма, то это деяние квалифицируется как уголовное, и подпадает под действие статьи 207 Уголовного Кодекса Российской Федерации:

«Статья 207. Заведомо ложное сообщение об акте терроризма

1. Заведомо ложное сообщение о готовящихся взрыве, поджоге или иных действиях, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, –

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет.

2. То же деяние, повлекшее причинение крупного ущерба либо наступление иных тяжких последствий, –

наказывается штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от восемнадцати месяцев до трех лет либо лишением свободы на срок до пяти лет.

Примечание. Крупным ущербом в настоящей статье признается ущерб, сумма которого превышает один миллион рублей».

Резюмируя все вышесказанное, и в назидание гражданам, любящим экстравагантно шутить и развлекаться, либо «насолить» обидчику в отместку,хочется сказать следующее: «Прежде, чем сделать заведомо ложный вызов специализированных служб, подумайте о последствиях и неотвратимости наказания за совершенное вами правонарушение».

Старший юрисконсульт ОМОН ГУ МВД России по

Ставропольскому краю (дислокация г. Пятигорск)

                                 майор полиции Черенко И.В.

Источник: https://26.xn--b1aew.xn--p1ai/document/7326103

Недекларирование или недостоверное декларирование: разграничение составов административных правонарушений по ч. 1 и ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ

По какой статье КоАП РФ можно квалифицировать деяние гражданина?

Стенограмма доклада И. С. Полушина на конференции «Таможенные споры», организованной MBS, 29 марта 2019 года.

«Разграничения ч. 1 и ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ выступают серьезным камнем преткновения при декларировании товаров. Часто это разграничение не может произвести ни таможенный орган, ни суд. Немного статистики.

В 2018 году было возбуждено 143148 дел об административных правонарушениях (АП). Соответственно, 32212 дел (то есть 22,5% от общего количества) – это дела, возбужденные по ст. 16.2 КоАП РФ на общую сумму привлечения к ответственности около 48,5 млрд руб.

Статистика омрачающая, и она каждый год растет не в пользу декларантов.

Перейдем к формальной части. Напомню, что ч. 1 ст. 16.

2 КоАП РФ предусматривает ответственность за недекларирование товаров по установленной форме и влечет санкцию наложения административного штрафа на граждан и юридических лиц в размере от ½ до двукратного размера стоимости товара, явившегося предметом административного нарушения с конфискацией товара или без таковой.

Соответственно, ч. 2 ст. 16.

2 КоАП РФ предусматривает ответственность за заявление декларантом либо таможенным представителем при декларировании недостоверных сведений о классификационном коде ТН ВЭД, сопряженное с заявлением при описании товаров неполных и недостоверных сведений о количестве, свойствах, качественных характеристиках, наименовании и т.д.

Данная часть предусматривает наложение административного штрафа на граждан и юридических лиц от ½ до двукратной суммы, подлежащей уплате таможенных пошлин и налогов с конфискацией товаров при условии, что пошлины и налоги не были уплачены при ввозе товаров. Для целей классификации и описания объективной стороны составов административных правонарушений ФТС России издала Письмо от 10 января 2018 года № 18-19/00474  о том, как должна описываться объективная сторона того или иного правонарушения по ч. 1 и ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ с соответствующими ссылками на Таможенный кодекс ЕАЭС.

Ответственность за административное правонарушение. Субъективная сторона состава характеризуется умышленной или неосторожной формой вины. Умысел может быть как прямым, так и косвенным.

Точно также предусматривается форма неосторожности, небрежности или самонадеянности.

В ходе исследования этого вопроса было выявлено, что в таможенной практике, в практике судов предусматривается 5 основных возможностей освобождения от административной ответственности: 

  1. Примечание к ст. 16.2 КоАП РФ – при соблюдении определенных условий.
  2. Отсутствие события правонарушения. Данный тезис представлялся наиболее дискуссионным только по той причине, что в ряде практик судов был замечен такой довод, когда у нас непосредственно были представлены коммерческие или товарораспорядительные документы производителям. В то же время, согласно этим документам, декларант эту информацию отразил в таможенной декларации. Однако таможенный орган посчитал, что этой информации недостаточно и попросил представителя/декларанта допредставить эту информацию. В данном случае возникает вопрос: был ли или нет у декларанта умысел скрыть эту информацию? Казалось бы, он представил все в соответствии с этими документами. Однако, являясь профессиональным участником (речь идет конкретно о таможенных представителях), чаще всего таможенные органы ссылаются на то, что профессиональные участники должны предусмотреть все возможности предоставления полного комплекта документов и полного описания товаров.
  3. Постановление пленума ВАС № 79 »О некоторых вопросах применения таможенного законодательства». Конкретно случай, когда указанный декларант был его представителем. Таможенная декларация неверного кода ТН ВЭД не связана с заявлением при описании неполных и недостоверных сведений о количестве и характеристиках товара.
  4. Классификация совершенного правонарушения как малозначительного.
  5. Отсутствие вины общества в совершении правонарушения, то есть это отсутствие состава административного правонарушения (ст. 24 и ст. 25 КоАП РФ). 

Почему возникают споры по классификации правонарушений по ч. 1 или ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ?

Во многом камнем преткновения в этих спорах является неоднозначная формулировка п. 30 Постановления пленума Верховного Суда РФ № 18. Пленум сказал, что ч. 1 ст. 16.

2 КоАП РФ установлена ответственность за недекларирование товаров транспортных средств в том случае, когда органу не заявляется часть однородного товара, либо при декларировании товарной партии, состоящей из нескольких товаров, в декларации сообщаются сведения только об одном товаре или к таможенному оформлению представляется товар, отличный от того, сведения о котором были заявлены в таможенной декларации. В то же время, если товар по количественным характеристикам задекларирован полностью, но заявлены не соответствующие действительности недостоверные сведения о качественных характеристиках, то тогда для квалификации правонарушения применяется ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ. Возникает вопрос об однородности товаров. Мы знаем, что если товар/группа товаров соответствует первым четырем цифрам кода ТН ВЭД, и таможенный орган об этом не спорит, то в таком случае у нас явно ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ. Если же идет спор о первых четырех цифрах классификации, то тогда считается что это ч. 1 ст.16.2 КоАП РФ. Немного не ясно на чем основана такая практика. На наш взгляд, она несколько ошибочна. И в то же время это не является правилом. В следующих примерах, которые я сегодня буду приводить, даже с учетом согласия таможенного органа по классификации товаров по первым четырем цифрам, они привлекали к ответственности по ч. 1 ст. 16.2 КоАП РФ. Это говорит о том, что правило не работает. 

Перейдем конкретно к недостоверности заявлений количественных характеристик товара.

В свое время у нас в определении Верховного Суда была отражена позиция, согласно которой заявление недостоверных сведений о весе и объеме товаров признается элементом состава только при заявлении сведений в меньшем размере и количестве, чем было ввезено на территорию стран ЕАЭС, так как в данном случае присутствует вред общественным отношениям, так как причиняется ущерб публичному порядку. В то же время, если ввоз товара в меньшем объеме, чем задекларировано, при условии оплаты таможенных пошлин и налогов с соблюдением всех ограничений был осуществлен, то объективной стороны состава административного правонарушения не возникает, так как нет ущерба публичному порядку. 

Разберем конкретные составы. В ходе анализа практики нами было выделено несколько показательных моментов, когда ошибаются как таможенные органы, так и суды, и почему суд переквалифицирует то или иное административное правонарушение с ч. 1 на ч. 2 ст.16.2 КоАП РФ.

Первый случай – это Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Фабула дела была следующей. Мы тезисно описали, в чем состоит нарушение ч. 1, и почему ч. 1 не должна была применяться в квалификации в данном случае. В отдел таможенного оформления был ввезен Обществом товар на Новороссийскую таможню. Томаты черри свежие для употребления в пищу.

В рамках таможенного контроля был проведен таможенный досмотр. Было установлено, что вес этих товаров на 153 кг превышает заявленный вес. Постановлением Общество было привлечено к ответственности по ч. 1 ст. 16.2 КоАП, и назначено наказание в размере 30 тысяч.

Таможенный орган указал, что в результате Обществом не была заявлена часть товара, которая и составила данный перевес. Что интересно, в рассматриваемом случае характеристики ввезенного товара определялись не весом этого товара, а количеством коробок. По количеству коробок и был составлен контракт. По количеству коробок также осуществлялась оплата товара.

В таком случае судом были сделаны выводы, что вес товара не влиял на размер таможенной пошлины. Материалом дела подтвердилось, что по количеству коробок Обществом товар был верно задекларирован, и нет объективной стороны состава нарушения по ч. 1 ст. 16.2 КоАП.

Потому как таможенные пошлины и налоги были полностью уплачены, суд сказал, что в данном случае стоило бы квалифицировать административное правонарушение по ч. 2 ст. 16.2 КоАП, но так как пошлины уплачены, то привлечь по ч. 2 ст. 16.2 КоАП Общество нельзя.

Контрпример для этого, когда вес товара использовался в качестве квалификации нарушения по ч. 1 ст. 16.2 КоАП состоит в следующем. Обществом в Несветайский таможенный пост Ростовской таможни была представлена декларация на товары. Была заявлена обувь мужская и женская, выпуск для внутреннего потребления.

В ходе проверки было установлено, что Общество в нарушение установленного порядка неверно указало вес товара в таможенной декларации. В данном случае от веса товара исчислялась таможенная пошлина. Именно Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда было постановлено отменить решение суда первой инстанции.

Это было решение Арбитражного суда Московской области. Десятый арбитражный апелляционный суд указал, что если от веса товара в данном случае зависит уплата таможенной пошлины/таможенных сборов, то тогда мы выявляем нет ли декларирования части этого товара. В таком случае Общество должно привлекаться по ч. 1 ст. 16.2 КоАП РФ.

Такое решение является одним из показательных случаев, когда суд порекомендовал переквалифицировать нарушение из ч. 2 в ч. 1. Обычно происходит наоборот. Добавлю несколько слов по этому примеру. Это относится к дискуссии по вопросу применения правил интерпретации ТН ВЭД.

Именно в этом случае таможенный орган соглашался с классификацией товаров по первым четырем цифрам, но суд указал, что надо привлекать по ч. 1. Это как раз к вопросу о дискуссии применения этих четырех цифр. 

Следующий показательный пример. Если оба товара были задекларированы в установленном законом порядке, но вместо одного товара на территорию Союза был ввезен другой товар, то деяние не может быть квалифицировано по ч. 1 ст. 16.2 КоАП РФ. Решение Арбитражного суда города Москва. Компанией для целей последующего выпуска процедуры реэкспорта был задекларирован товар.

Это был токосъемник для передачи электроэнергии от бортовой сети переменного тока к нагревательным элементам противообледенительной системы вертолета. В ходе таможенной проверки выяснилось, что были поданы две декларации, по каждому товару. Это были плунжерные насосы для подачи топлива.

Соответствующим образом, проводя проверку, таможенный орган выявил, что задекларирован один товар, а по факту вывозится другой товар. Таможенный орган привлек по ч. 1 ст. 16.2 КоАП. Однако, изучая материалы дела, Арбитражный суд Московского округа пришел к выводу о том, что оба товара по количественным характеристикам были полностью задекларированы.

Декларантом были заявлены всего лишь несоответствующие недостоверные сведения о наименовании этого товара. Вместо одного товара по факту был вывезен другой товар. Однако на оба товара была подана декларация, то есть у Общества не было умысла скрыть этот товар. Соответствующим образом деяние было квалифицировано по ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ.

Я согласен, что это очень спорно, но, если товар соответствовал количественным и всем заявленным характеристикам, то очевидно, что у Общества не было умысла скрывать этот товар. На оба товара была подана декларация. 

Следующий показательный пример, связанный с неправильным указанием наименований товаров в декларации на товары при условии предоставления достоверных и полных документов, что не является основанием для привлечения к ответственности по ч. 1 ст. 16.2 КоАП РФ. Здесь фабула дела была следующей.

Обществом в качестве таможенного представителя был оформлен ввоз товаров на территорию России. Это предметы одежды текстильные из синтетических нитей, а именно комбинезон сноубордический, утепленный, на молнии, с капюшоном из опушки из искусственного меха.

В ходе проверки оказалось, что вместо комбинезонов значились куртки той же самой марки, примерно тех же качественных характеристик, но товар был другой. В ходе таможенной проверки таможенным органом общество было привлечено к ответственности по ч. 1 ст. 16.2 КоАП РФ как недекларирование товара.

Однако в ходе производства по административному делу неоднократно Общество уведомляло таможенные органы, что была фактически допущена ошибка, так как буквально за три дня до этого Общество ввозило аналогичные товары (именно комбинезоны).

Таким образом, так как Общество представило все документы и соответствующим образом оформило эти товары, к которым прилагались фотографии, что говорит о том, что у Общества отсутствует умысел на то, чтобы ввезти другой товар, то в ходе производства по административному делу в суде было доказано, что наименование товара не соответствовало ввозимому товару. Однако товар был задекларирован полностью, были уплачены все таможенные пошлины и сборы. Таким образом, не было основания для привлечения общества к ч. 1 ст. 16.2 КоАП РФ. 

В завершении. Нами предлагается изменить формулировку п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 № 18, в том случае, когда к таможенному оформлению предоставляется товар, отличный от того, сведения о котором были заявлены в таможенной декларации.

На наш взгляд, именно эта формулировка ведет к ситуациям, когда возникает недекларирование товаров по мнению таможенных органов по сравнению с недостоверным декларированием. В первую очередь при недекларировании товара, таможенный орган отказывает в выпуске этого товара.

Декларант, который ввозит эти товары, теряет свою прибыль, особенно, если это сезонный товар. На наш взгляд, такая неоднозначная формулировка приводит к тому, что вынуждены ошибаться и суды, и таможенные органы. Порой нужно пройти несколько инстанций, чтобы доказать, что это была ч. 2, а не ч. 1.

На наш взгляд, для декларантов она является ущербной, и мы предлагаем изменить эту формулировку. Стоит отметить, что в научном сообществе предлагались и более радикальные меры. Когда ч. 2 стала содержать более подробное содержание по сравнению с предыдущей редакцией, то предлагалось объединить ч. 1 и ч. 2. Внести соответствующие изменения в ч.

2, а от применения ч. 1 вообще отказаться. К сожалению, такой подход пока не был поддержан. Однако мы считаем, что в этой части Кодекс об административных правонарушениях, а именно ч. 1 нужно либерализировать, так как возникает не мало коллизий». 

Презентация И. С. Полушина

Источник: https://www.alta.ru/expert_opinion/67651/

Проблемы квалификации деяния, предусмотренного ч.4 ст. 12.15 КоАП

По какой статье КоАП РФ можно квалифицировать деяние гражданина?

Правомерность привлечения лиц к административной ответственности по ч.4 ст. 12.15 КоАП РФ [1] (Нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда или обгона) в настоящее время стала актуальной темой в связи с многочисленными жалобами граждан в судебные инстанции. 

Диспозиция статьи изложена следующим образом, выезд в нарушение Правил дорожного движения (далее – Правила) на полосу, предназначенную для встречного движения, либо на трамвайные пути встречного направления, за исключением случаев, предусмотренных частью 3 настоящей статьи.

 Стоит отметить что, в диспозиции отсутствует положение о том, как квалифицировать действия лица, если свой маневр он начал в соответствии с Правилами, а закончил пересекая сплошную.

 Действительно, данное законоположение имеет неопределенность, поскольку предусматривает административную ответственность в виде наложения административного штрафа в размере пяти тысяч рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от четырех до шести месяцев, как для  лиц, умышленно совершим выезд в нарушение Правил и как к тем,  кто совершил выезд вынужденно  в нарушение Правил – завершая обгон, пересек сплошную линию. В данном случае усматривается нарушение принципа равенства и справедливости привлечения граждан к административной ответственности, например Постановление Самарского областного суда от 15 февраля 2016 г. N 4а-126\2016 [2], Решение Котласского городского  суда от 04 февраля 2016 №12-26/16 [3]. 

Позиция Конституционного суда по данному вопросу достаточно интересна.

  В определении от 7 декабря 2010 года №1570-О-О [4]  и от 18 января 2011 года №6-О-О [5], Конституционный суд указывал, что  наличие в действиях водителя признаков объективной стороны состава данного административного правонарушения не зависит от того, в какой момент выезда на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, транспортное средство располагалось на ней в нарушение Правил. Противоправный выезд на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, представляет повышенную опасность для жизни, здоровья и имущества участников дорожного движения, так как создает реальную возможность лобового столкновения транспортных средств, сопряженного с риском наступления тяжких последствий.  

Исходя из позиции Конституционного суда, можно сделать вывод о том, что если лицо, начинает обгон в соответствии с Правилами – повышенной опасности нет. Как только лицо пересекает сплошную линию (завершая обгон), повышенная опасность есть.

Здесь хотелось бы остановиться и подробнее раскрыть ситуацию, как реально может возникнуть повышенная опасность. Если обратится к Правилам, то в пункте 1 “Общие положения” дано понятие обгону.

 “Обгон” – опережение одного или нескольких транспортных средств, связанное с выездом на полосу (сторону проезжей части), предназначенную для встречного движения, и последующим возвращением на ранее занимаемую полосу (сторону проезжей части). Пунктом 11.

2 Правил дорожного движения установлены случаи, при которых такой маневр как обгон запрещен, иными словами это то, что будет являться непосредственно нарушением Правил, а также основанием к привлечению к административной ответственности:   

  • транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; 

  • транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; 

  • следующее за ним транспортное средство начало обгон; 

  • по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу. 

В рассматриваем случае, совершение выезда на полосу встречного движения, было совершено через горизонтальную дорожную разметку, где была нанесена прерывистая разметка 1.5.

Более того, возвращение в полосу обратно, до начала сплошной линии разметки может создать  аварийную обстановку и в последствии может  спровоцировать дорожно-транспортное происшествие, иными словами, данное действие противоречило бы здравому смыслу. В подтверждение данного аргумента, пункт  11.

1 Правил гласит: в процессе обгона водитель не должен создавать опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.   

Достаточно интересным в данном вопросе представляется для Нас, позиция Верховного суда РФ. В своем Постановлении Президиума от 29.12.2012г.

№212-АД12-1 [6], Верховный суд по данному вопросу дал разъяснение: совершая обгон с выездом на полосу, предназначенную для встречного движения, в соответствии с требованиями разметки проезжей части дороги, водитель. не совершает административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.12.

15 КоАП РФ, а именно: выезд в нарушение имевшейся в данном месте проезжей части дороги разметки на полосу, предназначенную для встречного движения. 

Если при завершении обгона, возвращаясь на полосу своего движения, водитель пересек линию дорожной разметки1.1, чем допустил нарушение п.1.

3 Правил, то при таких обстоятельствах в действиях водителя содержатся признаки административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.16 КоАП РФ, а именно несоблюдение требований, предписанных разметкой проезжей части дороги.

В данном случае жалобу водителя удовлетворили, действия переквалифицировали с ч.4 ст. 12.15 КоАП РФ на ч.1 ст. 12.16 КоАП РФ.  

Подводя итог, можно сделать следующие выводы: во-первых, остается непонятным вопрос об опасности, о которой говорит Конституционный суд. Перед водителем стоит выбор: либо создать аварийную ситуацию и вернуться со встречной полосы обратно, либо завершить маневр, и получить за это административное наказание. 

Во-вторых, с практической точки зрения, вышеуказанное Постановление Президиума Верховного суда РФ, от части должно разрешить проблемы привлечения к ответственности водителей связанной с ч.4 ст. 12.

15 КоАП РФ, хотя к сожалению, для большинства  судов, данное постановление не является решающим в деле. В большинстве случаев судьи “слепо” ссылаются на вышеуказанные определения Конституционного суда.

 

Литература 

Источник: https://zakon.ru/discussion/2016/4/26/problemy_kvalifikacii_deyaniya_predusmotrennogo_ch4_st_1215_koap_43183

СтражЗакона
Добавить комментарий